АвторСообщение
Сладкоежка




Сообщение: 15249
Репутация: 127
ссылка на сообщение  Отправлено: 10.09.13 11:52. Заголовок: "Осенние сны о БН" - подарки к юбилею




Дорогие друзья!

Время летит незаметно, вот и у нашей любимой "Насти", собравшей вокруг себя столько талантов, пробудившей во многих интерес к истории и разным видам творчества, столько лет не отпускающей нас от себя, наступает юбилей А в юбилей принято дарить подарки. Давайте порадуем нашу юбиляршу и друг друга, а чтобы не заскучать среди тостов и торжественных речей, разнообразим подарочное мероприятие суперпопулярной угадайкой.

Юбилейно-подарочный марафон будет проходить в три этапа:

Первый этап – до 25 октября.
Скрытый текст


Второй этап – 26-31 октября
Скрытый текст


Третий этап – с 1 ноября и до ...

Самый приятный: 1-3 ноября читаем и смотрим всё, что не успели рассмотреть-дочитать, и угадываем авторов/заказчиков, а 4 ноября участники юбилейно-подарочного марафона снимают маски Музы и Осени, мы аплодируем им всем и продолжаем праздновать хоть до Нового года.

Новые подарки в теме категорически приветствуются, на любой сюжет и в любом формате, но уже после того, как будут сброшены маски, и уже под собственным именем.

Рульщик: Gata
amanecer@inbox.ru

------------------------------------------
Если генерал молчит - значит, он думает, или это портрет (с)
Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 47 , стр: 1 2 3 All [только новые]





Сообщение: 3
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.10.13 12:47. Заголовок: Муза пишет: Осень, ..


Муза пишет:

 цитата:
А взамен хочу, чтобы Осень поделилась тайнами, которые хранят дворцовые стены. Жанр и пейринг могут быть любые, но желательно тот самый.



О чем молчат дворцовые стены

Заказчик: Светлячок
Автор: Роза


Княжна изящна и легка,
Зову юности послушна,
И поклонение мужчин
Она приемлет равнодушно.
Блестящий локон, стройный стан,
Всё в ней очарованьем дышит,
Но гордый нрав от вас в любви
Признанья не желает слышать.
Безумство, половодье чувств,
Ей не чужды, но сердцу милы
Иные проблески мечты,
Не светский хор повес унылый.
Но лишь луна в своих правах,
Накроет город сонной шапкой,
Достанет в лепестках письмо
И перечтет его украдкой:
«Зеленоглазый ангел мой,
Я пережил давно волненья,
Но без тебя я как не жил,
В груди не чувствовал томленья.
Прости мне дерзкие слова,
Но лишь услышу смех твой звонкий,
В душе надежда вновь жива -
Спешу руки коснуться тонкой.
От поцелуя сам не свой,
Долой законы мирозданья,
Забыл про возраст и покой,
В крови горит огонь желанья.
Поправишь локон или бант,
Или ласкаешь пальцем струны,
Я не дышу, себе не рад -
Чем мне привлечь взгляд девы юной?
Скажи, могу я быть любим?
В отчаянии, я с миром в ссоре,
Прошу прости, что настоял
На встрече у тебя в покоях.
Ворвался, бросился без слов -
Слова лишь продлевают муку,
Хотел скорей тебя обнять,
Как тотчас встретил оплеуху.
Тирань, но только не гони,
Меня любовь не пощадила,
Вернув забытые мечты,
Разбередив твою стыдливость.
В любви последней, как в аду,
Сгорают доводы рассудка,
Ревную и боготворю,
Часы в разлуке, словно сутки.
Нет, ничего мне не прощай!
Люблю и жду,
Твой Николай»


Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 4
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.10.13 13:26. Заголовок: Хочется увидеть прек..


Муза пишет:

 цитата:
Осень, расскажи сказку, как МарьЛяксевна сына женила и дочек замуж пристраивала.



"Запомните, девушки!.."

Заказчик: Царапка
Автор: Nadezhda Peremudraya




Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 5
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.10.13 16:59. Заголовок: Муза пишет: Я бы хо..


Муза пишет:

 цитата:
Хочется увидеть прекрасную императрицу, желательно, счастливую, веселую, влюбленную, беззаботную...



«Принц и принцесса»


Заказчик: Nadezhda Peremudraya
Автор: Царапка


Девушки мечтают о принцах. Есть ли такие, что не мечтают? О, да, конечно! Нужно для этого всего ничего – родиться принцессой! Дочь прусского короля навидалась принцев за завтраком, обедом и ужином, на танцах, прогулках верхом, дома, в гостях, на приёмах. Принцы прыщавые, чавкающие, некрасивые, неуклюжие, с обречёнными сонными лицами, и ещё – ах! Родня кого–то из дикой Корсики, юная Лоттхен его не видела никогда, только слышала шёпот, что он очень страшен. Потом праздник был, его победили, так весело! Говорят, он успел забрать много принцесс, больше, чем драконы из старых сказок, но Шарлотте уже не грозит.

Остались только обычные принцы, и ни одного красивого среди них. Впрочем, принцесса была слишком юна, характером природа наделила её счастливым, и девушка, как тысячи её сверстниц, порхала на балах, кокетничая с кавалерами, особенно если рядом не было гувернантки. Танцевать, увы, разрешалось лишь с ровней, хотя никто из принцев голубой крови не мог сравниться с гвардейцами на часах. О браке отец, разумеется, думал, а принцессе думать незачем совершенно – знай, веселись, сколь этикет позволяет, и старайся забыть, как принцы неинтересны.

Собирались скоро принять принцев из далёкой России – любопытства Шарлотты известие отнюдь не затронуло. Она представляла их такими же дикими, как корсиканец, хотя покойная мать отзывалась об императоре русских с большим восхищением. Кудрявой головке девицы было чем заниматься – разучить новомодные па и романсы, примерить чудесное бальное платье. Папенька жаловался на стеснённые обстоятельства, но ради приёма скупиться не стал.

В день, когда ждали почётных гостей, Шарлотта проснулась необычайно рано. Сердце, как не гони от него грустные мысли, волновалось, постукивая в груди. Утром солнце шаловливо проникло сквозь шторы, пощекотало девушке шейку, подмигнуло, хихикнуло и прогнало остатки сна. Принцесса вызвала горничную, быстро оделась, приказала не тревожить пока гувернантку, спустилась в сад.

Осень не принесла ещё слякоти и холодов. Чудесное утро радовало позолотевшей листвой, ясным небом, еле заметными кудрявыми облачками и пышными клумбами поздних цветов. Возле дворца парк был разбит по строгим французским правилам, в подражание садам Версаля. Девушка улизнула в боковую дорожку, где поддерживать строгость давно не хватало средств, и за ограду проникла английская вольность. Шарлотта любила эту часть парка, забывшую этикет. Здесь легко улетали мысли о будущем, когда принцесса становится замужней дамой, в худшем случае королевой, и вынуждена до конца дней подчиняться правилам чопорного двора.

По природе весёлая, отходчивая, не страдающая глубокомыслием, Шарлотта с радостью поддалась очарованию милого уголка, засмеялась, закружилась от счастья, в ушах зазвучала музыка вальса, девушка изобразила несколько па и вдруг оказалась лицом к лицу с молодым офицером.

«Лицом к лицу» – громко сказано, молодой человек, совсем юноша, был ростом намного выше, ему пришлось поклониться, чтобы глаза стали вровень. Принцесса ни разу его не видела – не то непременно б заметила. Незнакомец оказался красивым на удивление, статным, держался уверенно и наверняка отлично сморелся в седле. Поборов смущение и неловкость, Шарлотта присела в изысканном реверансе, опустила глаза, взмахнула ресницами, а любопытству волю дала, чинно пожелав доброго утра.

- Погода сегодня чудесная, не так ли, сударь? – мягкий голос, сначала официальный, оживился: - Вы не из нашей гвардии! Я никогда не видела такого мундира.
- Да… - гость смутился и покраснел. – Я имею честь служить в русской армии, - по-немецки говорил он прекрасно.
- Неужели?! – глазки раскрылись гораздо шире, чем следовало бы. – Вы победили этого ужасного… Бон…, - Шарлотта запнулась. – Наполеона?
- Вы льстите мне… увы, я не успел… - молодой человек искренне сожалел, что не может предстать героем перед такой очаровательной девушкой, но врать не желал. – Мой брат, - прозвучало с глубокой гордостью. – Он – победитель!

Молодой человек нравился принцессе Шарлотте всё больше. Он не только красив, он храбр, умён, честен… - девушка припомнила все положенные добродетели и слегка погрустнела – увы, он не принц. Принцев таких не бывает – Шарлотта чувствовала себя умудрённой жизнью, и только хорошее воспитание заставило не выдавать облачка на душе.
- Я уверена, Вам понравятся Сан-Суси и Берлин.
- О, да! – горячо согласился великий князь Николай, про себя откликнувшись на тайную грусть незнакомки – «Наверное, фрейлина, как жаль – таких прелестных принцесс не бывает!».

Брат-император не так давно намекал на женитьбу, пусть не сейчас, а через несколько лет, однако помолвку заключить стоит в ближайшее время. Маман вовсю обсуждала сестёр и дочерей своих дальних родственников – курфюстов, королей, великих герцогов… Ужас! На портретах все одинаковые, с приклеенными улыбками, вживую – сущие куклы из папье-маше! Ни в одних глазах нет ни искорки, тепла в голосе, ни одна не смотрит так ласково и доверчиво, ни одна не умеет краснеть под румянами!

Шарлотта впрямь покраснела. Разговор затянулся, не хотелось его прерывать. Миг непослушания, забыт этикет, проснулись мечты! Почему она не обычная фрейлина, которой можно влюбиться в гвардейца? Нельзя танцевать с красивым и ловким, разговаривать с добрым и храбрым, слушать глубокий, без визгливых нот, голос, нельзя и помыслить вступить в брак по любви! Ах! Это неприличное слово… Щёки краснели, а в сердце рождалась дерзость. Ещё полчаса, четверть часа, минуту можно забыть о своём высоком, к несчастью, предназначении, побыть рядом с замечательным человеком, к которому потянулась душа, и, кажется, знакома всю жизнь. Замечтавшись, девушка наступила на ветку… и почувствовала, как крепка поддерживающая за локоть рука.

- Осторожно, мадемуазель, здесь всюду шишки… - повод коснуться случайной спутницы наполнил юного великого князя восторгом. – Вы такая воздушная… - теперь и он покраснел, вспомнив, какой ужасной стеной отделён от ничего не подозревающей феи.

Ему стало стыдно, но искушение побыть хоть немного обычным гвардейцем рядом с очаровательной, ни с кем не сравнимой барышней, возобладало. Николай торопливо заговорил:
- Я так рад встретить Вас, в этом парке, без вашей улыбки он скучен, нелеп, дикий! – горячие губы коснулись девичьей руки. - Вышел с утра прогуляться, правда, хотел остаться один, а теперь благодарен судьбе, что увидел Вас…

Сколько раз пальцы принцессы чувствовали почтительные поцелуи! Никогда ни теплом, ни холодом, они в сердце не отзывались. Этикет, так велит этикет – только, но не сейчас! Девушка вспыхнула, глаза её загорелись… ещё немного – казалось, лицом незнакомца приблизится, она замерла, предчувствуя поцелуй – волшебный, сказочный, невозможный! Увы, незнакомец опомнился и ужасно смутился… они разжали и отдёрнули руки, каждый зная – миг забвения позади, пора возвращаться в свои жизни и комнаты… а как глядеть друг другу в глаза вечером, если их представят друг другу, и возмутительное неравенство откроет обман?

Волшебное утро заканчивалось. Солнце высушило росу. Дворец начал привычно гудеть в начале долго дня. Оторвавшись от спутника, Шарлотта увидела спускающуюся с крыльца гувернантку и поспешила, надеясь, что ненавистное «Ваше высочество» не донесётся до слуха милого незнакомца. Девушка шепнула: «Прощайте!», и побежала, а Николай проклинал собственное малодушие – он не посмел признаться в своём горьком жребии, который не позволяет выбрать жену по душе. Нестерпимо терзала мысль, что случайная спутница, разочарованная, почувствует огорчение. Один миг он промедлил – и прелестная незнакомка упорхнула, не зная, с кем судьба свела её на невинной прогулке.

День был тяжёл для обоих. Королевский двор Пруссии готовился к официальной встрече высоких гостей, а те столь же придирчиво и серьёзно ожидали вечернего праздника. Юные принц и принцесса тосковали о своей мимолётной сказке и трепетали в ожидании встречи без покрова тайны. Излить душу им было некому – гувернантка пожурила бы подопечную, король-отец огорчился бы, а император России снисходительно посмеялся бы над романтиком-братом. Этикет, воспитание взяли своё, и в парадную залу все августейшей крови особы вплыли с достоинством, подобающим случаю. Хорошенькая принцесса улыбалась гостям, стараясь не слишком заметно оглядывать господ офицеров, почтительно кланявшихся хозяевам. Утреннего незнакомца среди них не было, и Шарлотта, страшась увидеть его, изнывала, надеясь увидеть. Неужели всё было лишь сном? Наконец, отец, ласково коснулся руки, отвлекая от дум.

- Малышка, - даже король так зовёт любимую дочь. – Сейчас будь внимательна. Ты сегодня хозяйка. Помни о матери и будь достойна её.
Камергер торжественно объявил:
- Его императорское величество Александр Павлович! Великий князь Николай Павлович! – на отчествах он сумел не запнуться, благо долго старался разучить непривычные звуки.
К трону чуть ленивой походкой подошёл главный гость – победитель Наполеона, избавивший Пруссию от контрибуции, вернувший земли… - Шарлотта не сумела бы за раз повторить все его благодеяния, первым вспомнилось – когда-то император России был очень красив. Теперь девушка была разочарована – плешь, оплывшее лицо… а за ним… Дыхание перехватило – утренний незнакомец в сияющих аксельбантах, всего на шаг позади… адъютант? Кто он?

- Ваше величество, дорогой мой державный брат, счастлив представить моего младшего брата! – император улыбнулся премило, кивком головы велев великому князю сделать шаг вперёд.
Николай приблизился к трону и замер. По счастью, все отвлеклись на дружеские объятия короля с императором, и не сразу заметили, как зачарованно глядят друг на друга Фридерика Луиза Шарлотта и, прости Господи, Вильгельмина Прусская с русским великим князем, братом императора Всероссийского, царя Польского и даже Финляндского герцога! Шарлотта и Николя. Почти дети – влюблённые, юные, чистые, невзначай угодившие в сказку, где прекрасны принцессы и принцы! В один миг оба выдохнули… «Вы!», и глаза засияли счастьем. Невероятно, волшебно – принц и принцесса встретились, полюбили друг друга, и никакая политика им не противится. Король-отец заметил всё первым и скоро утирал счастливые слёзы. Император удовлетворённо кивнул – скрепить союз с Пруссией не то, чтобы исключительно важно, но кстати и очень приятно. Николя самое время жениться и продолжить великий род, по закону отца-императора – с подходящей принцессой.

Меньше всех о политике думали Шарлотта и Николай, упивавшиеся своим счастьем. Грянул вальс, и Николай, забыв пригласить по всей форме, протянул руку Шарлотте. Они кружились, путались в словах, удивляясь – как много им нужно друг другу сказать, и хотя впереди – целая жизнь, ни одно мгновенье любви в ней нельзя потерять.

Конец.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 6
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.10.13 08:04. Заголовок: Муза пишет: А я бы ..


Муза пишет:

 цитата:
Я бы хотела увидеть, как Анна делает иной выбор, чем в БН. Пусть счастливым избранником станет князь Репнин. И это будет не мистика и не фарс.



"Еще раз про любовь"

Заказчик: Мод
Автор: Gata




Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 7
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.10.13 15:18. Заголовок: Подарок Старой Усадь..


Муза пишет:

 цитата:
А я бы хотела представить, как расследование ведут Варвара с Сычихой. Можно убийство ИИ, можно что угодно другое.



Следствие и последствия

Заказчик: Царапка
Автор: Светлячок





Нажарила Сычиха мухоморов,
Помётом голубиным посолила,
Отправилась с гостинцем в гости к Варе,
Побазарить о насущном,
И барона помянуть.
Приходит, за столом сидит Варюха,
Месит сопли вместе с тестом,
И о барине тоскует.
Мысли Варю сильно гложут:
- Как же жить мы будем дальше?
Без барона, без кормильца,
Не хватает нам ейво!
Тут Сычиха встрепенулась.
Пропищала трубным басом:
- Ну ещё бы! Сволочь эту,
Не забыть, блин, никому!
Ваня был еще тот перец,
По ночам любил кинднепинг,
У меня на нервной почве
Перманентно дежавю.
Ну-ка, Варя, вытри сопли,
Будем с Настей разбираться,
Я же глянуть не успела,
Чё там Марфа родила.
Только ты, смотри, Варюха,
Если всё узнает Вова,
То случится катастрофа,
А Модестычу – родимчик
Гарантирован тогда.
- Всё, Сычиха, я – могила! –
Прогундосила Варвара, -
Пусть меня пытают скопом
Хоть копчёной колбасой!
- Это дельная идея!
В авоське пошуршала гостья,
Доставая мухоморы,
Бланманже из жабьих лапок,
С волчьей ягодой суфле.
- Ты чё, Сычиха, обурела?
Разъетить тебя в кадушку,
Я такое есть не буду,
Я пока в своем уме!
А Сычихе параллельно,
Местами – перпендикулярно,
Разливает по стакашкам
Мутной маковой воды:
- Кончай, Варя, портить воздух,
Нагнетая атмосферу,
Пошаманим на досуге,
И начнется просветление
В третьем глазе и в зобу.
Вызовем Ваняткин призрак,
Пораспросим и узнаем,
Можть, чего и проясницца…
- А вдруг он будет сильно материться?-
У Вари зачесались габариты сзади.
Никитка заглянул пожрать некстати,
Никитка послан был в Пицунду.
А он – бочком-бочком и прямо к двери.
Стоит, притих, с мечтой об антрекоте,
Боится огрести люлей от Вари.
Накумарились подружки,
Ждут, когда наступит время
Уши широко расрыть.
Прёт их круче кокаина,
Корфа дух не прилетает,
И Сычиха насадила
С горя маковки стакан:
- Вот же Ваня, гад ползучий,
Когда надо не летучий!
- Может нам поставить бренди?
И на запах его брать? –
Кинула рацпредложенье Варя.
Закрехтело что-то сзади,
Бабёшки в шоке дружно завизжали.
Дух на шкафчик примостился:
- Пугаццо будем позже. Что за дело?
- Вай, родной, какая встреча!
Скажи-ка, дядя Ваня, ху из Настя?
Хватит нам пупки корябать,
Надо прояснить момент!
- А с какого перепугу
С вами должен объясняться?
Отвали, моя черешня,
Эту тему я зажму!
Кстати, траванула меня Марья, -
Вещал он вилкой в ухе ковыряя, -
Об этом мне поведал друг Родриго,
Ну Борджиа который, дуры, Папа.
Мы с ним там в шахматы
По четвергам играем.
- Ты заманал уже, придурок, честно слово!
- А я еще не то умею! -
Заржал барон, как сивый мерин.
- Ах, ты самка обезьяны, -
Сычиха с Варей ринулись в атаку,
- Сейчас дадим тебе по йаааайцам!-
И метнули в него таз.
Барон сложился в позу эмбриона,
И перед тем как гордо испариццо,
Прокрякал:
- Вовка - бедный Анастас!


Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 8
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.10.13 18:20. Заголовок: "Деликатное пору..


Подарок Старой Усадьбе от Falchi



Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 9
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.10.13 07:42. Заголовок: Муза пишет: Дорогая..


Муза пишет:

 цитата:
Дорогая Осень, расскажи мне какую-нибудь историю о принцессе Марии. Только, чтобы без Алекса или с Алексом на втором плане. В любом формате, но желательно серьезном жанре.



"Деликатное поручение"

Заказчик: Olya
Автор: Роза


Михаил смотрел на прямую спину императора и ждал. Приглашение на высочайшую аудиенцию не сулило ничего приятного адъютанту цесаревича. Честь стать тенью Александра Николаевича несколько тяготила князя Репнина, и мысль о том, что император вызвал его для расспросов касательно досуга наследника престола, претила его гордости. Меж тем Николай обернулся и произнес:
- Мы имеем для вас поручение деликатного свойства, о котором будем знать только я и вы. Наш сын и наследник не проявляет должного внимания к гостье из Дармштадта. Это нас огорчает. Как огорчает его новое непозволительное увлечение.
Наташа! Скула дёрнулась, но Михаил лишь крепче сжал губы. День не задался с самого утра. Вернее, с ночи, когда князь настойчиво проигрывал своему другу Владимиру Корфу ставку за ставкой, пока барон не догадался о незатейливом способе, которым Михаил пытается выручить его из долгов. Спор на повышенных тонах, перешедший в дружескую пирушку, продлился до утра. После бессонной ночи Михаил делал над собой усилие, пытаясь не заснуть стоя.
- Вы окажете нам услугу, князь, если проявите некоторое участие к её высочеству принцессе Марии. Вы нас понимаете? – Николай внимательно изучал лицо Репнина. Он него не укрылось волнение, с которым поручик проглотил намек на сестру.
Михаил кашлянул:
- Не совсем, ваше императорское величество.
- Вы не обручены и не помолвлены, как нам известно. Ваша репутация безупречна. Посему вам не придет в голову скомпрометировать невесту наследника престола? – на лице императора образовалось подобие доверительной улыбки. - Вам и нужно-то вовремя оказаться рядом и подать её высочеству руку на прогулке, поднять оброненный веер или книгу, быть предупредительным и расторопным на балах или охоте.
Николай выдержал паузу и многозначительно посмотрел на Репнина:
- Важно, чтобы вашу заботу о принцессе верно истолковал Александр.
Михаил слушал и чувствовал, как ворот мундира становится теснее, и вот уже сжимает горло железными тисками. Всё было предельно ясно – какой именно услуги ждёт от него император, но князь Репнин никогда не был бальным шаркуном и дамским угодником. И не собирался становиться даже по высочайшему приказу.
- Ваше императорское величество, - начал он, и собственный голос показался ему чужим, - я никогда не делал ничего подобного и считаю недостойным такое поведение, кого бы оно ни касалось.
Глаза самодержца сделались холодными, а голос отстраненным:
- Считаете, ваш император может приказать совершить нечто недостойное? – прервал его Николай.
- Нет, ваше императорское величество, – Репнин опустил глаза и уставился на дубовый паркет. Манеры князя не позволяли ответить дерзостью императору, но ему явно этого хотелось.
- Тогда соблаговолите исполнять! Не разочаруйте меня, князь. Подумайте о будущем вашей сестры. О том, какую прекрасную партию она могла бы составить при нашем покровительстве. О себе тоже подумайте. Мы ценим усердие в делах на благо государства.
Император заложил руки за спину и отвернулся к окну, давая понять, что аудиенция окончена. Михаил откланялся и вышел. Николай смотрел на желтый лист клена, который каким-то чудом держался на стекле, не поддаваясь напору ветра, и размышлял. В итоге он пришел к выводу: как бы дальше ни развивались события – они c любой стороны желательны. Если князь перестарается и начнутся пересуды, можно будет под благовидным предлогом избавиться от принцессы Гессенской и порадовать мадам Николя. У Шарлотты каждый раз случалась мигрень, стоило кому-то упомянуть имя будущей невестки. Если же расчет окажется верным, и Александр воспылает ревностью, он тут же забудет другие увлечения и бросится отвоевывать свои позиции. Николай хорошо знал своего сына. Так тому и быть. Удовлетворенно погладив усы, он направился в будуар императрицы.

Князь чеканил шаг по северо-западному ризалиту Зимнего дворца. Положение адъютанта наследника престола обязывало Михаила Репнина постоянно проживать при дворе. Сейчас он остро нуждался в совете друга, но утром Владимир получил известие о болезни отца и срочно уехал в Двугорское имение, сопроводив смятую в кулаке записку словами, что какой-то пигалице бесполезно что-то доверить. Михаил ничего не понял, кроме того, что барон Корф – старший больше не встаёт. О том, чтобы пересказать разговор с императором цесаревичу, не было и речи. Не доходя до своих апартаментов, Репнин увидел в конце коридора Василия Андреевича Жуковского. После бессонной ночи и аудиенции у императора он был абсолютно не способен вести непринужденные светские беседы, и резко повернул в первый попавшийся дверной проём. Это оказалась полукруглая ниша с распахнутым окном на задний дворик и конюшню. Михаил прикрыл ставни, чтобы цокот копыт не добавлял хаоса в его мысли, и рухнул на изящную, почти игрушечную, козетку. Наконец-то можно расстегнуть душивший его мундир и почувствовать подобие свободы. Но ни о чем не успел подумать, как веки сомкнулись, а голова упала на грудь – он спал.

Сентябрьский вечер окутал набережную Невы туманом. Александр спрыгнул с подножки коляски и подал девушке руку. Княжна Репнина улыбнулась наследнику и не спеша поставила каблучок на дворцовую мостовую. «О чем они говорят?» - думала принцесса. Подглядывать нехорошо, но она все равно подглядывала: как они смеются, смотрят друг на друга и держатся за руки. Её жених и её фрейлина. Глаза девушки оставались сухими – настолько сухими, что стало больно. Мари спросила себя – любит ли она Александра? Прошло три долгих года с момента их первой и единственной встречи в Дармштадте, но ответа не нашла. Натали подняла голову и показала Алексу на одно из окон. Девушка испугалась, что ее заметят, и инстинктивно отпрянула к стене, но не удержала равновесие и взмахнула руками. Пальцы коснулись чьих-то волос, и, чтобы удостовериться, она их взъерошила. На козетке, самым банальным образом, спал адъютант цесаревича, и улыбка непонимания блуждала по его бледному лицу. Михаилу снились наяды, кружащиеся вокруг него в быстром танце. Вдруг одной из них вздумалось поиграть с его волосами, он поймал её руку и начал целовать. Сквозь сон князь услышал голос, но губы речной красавицы были сомкнуты.
- Михаил Александрович, отпустите же мою руку!
Мари не сдержала улыбку под его растерянным взглядом. Михаил вскочил и быстро привел себя в порядок, бросив взгляд в окно. Когда он покинул кабинет императора, был полдень, сейчас же солнце клонилось к горизонту.
- Вы такой смешной, когда спите.
- Нет, я не сплю, просто прикрыл глаза, - любезно улыбнулся князь. – Разрешите откланяться, ваше высочество?
- Не разрешаю, – принцесса взволнованно переложила веер из одной руки в другую и присела на козетку. Михаил ей нравился. Мари находила брата и сестру Репниных самыми приятными и доброжелательными людьми среди новых светских знакомых. И этому сдержанному, элегантному красавцу можно без опаски рассказать все. (Далее разговор продолжился на немецком языке, который автор изложил на русском, дабы не утруждать читателей ссылками на перевод).
– Мне нужен ваш совет, Михаил Александрович.
- Извольте, чем могу служить, ваше высочество?
Принцесса жестом пригласила его присесть подле себя. Поручик сел с готовностью тотчас же встать. Она решилась:
- Скажите, что во мне не так, князь?
- Право, странный вопрос, ваше высочество, - опешил Михаил.
- Разве странно осознать свои недостатки? Вы же не станете отрицать, что ваша сестра – очаровательная девушка?
- На нее не противно смотреть, - признал Репнин, но при упоминании Наташи напрягся.
- Какой же вы, право, строгий брат.
- Я еще хуже, - Михаил провел пальцем по переносице и добавил про себя: «Настолько, что решительно не отказался играть в сомнительную игру, обманывая вас и наследника престола».
Принцесса почувствовала, что задела князя за живое, и совесть царапнула около сердца. Cлова давались ей теперь с трудом:
- Я знаю, надо мной смеются при дворе, и за глаза называют нелепой. И… а... я бы так хотела быть привлекательной, – их взгляды на мгновение встретились, Мари окончательно стушевалась и опустила голову.
Михаила медленно выдохнул, пытаясь скрыть неловкость. Не то, чтобы девушка была очень хороша собой, она была воплощением естественной невинности и непосредственности, что само по себе для королевской крови было экзотично. Приглядевшись, можно было заметить то, что называлось умеренностью или золотою серединой. Особенно была в ней заметна необыкновенная опрятность, что делало ее просто прелестной. Откуда ветер дует, догадаться было немудрено. Легкое равнодушие, с которым Александр обращался с невестой, не осталось незамеченным в свете. Всё было безупречно, согласно правилам хорошего тона, но подобная безупречность не скрывала пренебрежения для внимательного взгляда.
- Я жалею, что приехала в Петербург, - произнесла принцесса совсем тихо, - мне здесь не рады. Я боюсь сказать что-то не то, сделать что-то не так, и от страха не знаю, что говорить и делать.
- Ваше высочество ошибается на свой счет. Сюда вы заглянули не для того же, чтобы помечтать в одиночестве? Не стоит бояться и прятаться за свои страхи. Живите в полную силу, поступайте, как велит вам сердце, и обстоятельства будут меняться под вас! Попробуйте, это интереснее, чем искать в себе несуществующие недостатки. Во всяком случае, вы ничего не теряете.
Принцесса возмущенно надула розовые губки:
- Не говорите мне, чего я боюсь и от чего прячусь! Вы шпионили за мной?
- Нет, спал.
- А говорили, что только прикрыли глаза, – Мари лукаво прищурилась.
- Я прикрыл, а потом... Bien. Спал, - Михаил согласно мотнул головой и улыбнулся.
Одержав маленькую победу, Мари порывисто обернулась к князю:
– Я не знаю, что такое быть любимой и желанной, и так хочу это узнать. Помогите мне, Михаил Александрович!
- Чем же я могу помочь? – растерянно произнес Михаил.
- Очевидно, можете, князь! – блестящие каштановые локоны не скрывали застенчивый румянец. - Если бы вы немножечко поухаживали за мной, как будто я самая красивая девушка на свете... Не на самом деле, а как будто, - еще раз повторила она. - Какие слова говорят красивым девушкам?
У Михаила пересохло во рту. Все оказалось гораздо сложнее, впечатление несчастной лилии под дождем было обманчиво. Два предложения определенного свойства за один день - это слишком. Заглянув вглубь бескомпромиссных глаз Мари, князь понял, вовсе не стоит ей объяснять, что истинная цель обречена вечно оставаться недостижимой. Пока Михаил искал подходящие слова для ответа, молчание затянулось, принцесса встала и произнесла с горечью:
- Кажется, я изрядно вас озадачила, Михаил Александрович. Я не гожусь в источники любовного вдохновения. Пожалуйста, забудьте глупости, которые я наговорила в отчаянии.
Михаил приблизился к девушке. Он принял решение не ввязываться в сомнительную авантюру и не обманывать это юное создание, чем бы для него этот выбор ни обернулся.
- Пощадите, ваше высочество! Такое чистое сердце, как ваше, должно услышать искренние слова. Я не умею лгать и притворяться. Поверьте, я ценю ваше доверие. И доверие, оказанное Алексан...
Вдруг принцесса предупредительно приложила тонкий пальчик к своим губам, и Репнин умолк на полуслове. Раздался какой-то шорох. Михаил не успел ничего предпринять, как девушка на цыпочках подошла к задрапированному мягкими складками пологу, отделяющему нишу от коридора, и прислушалась. Снаружи было тихо, но Мари заметила в узком проёме лиловую парчу, отороченную дорогим кружевом. Знакомое платье. Она так же на цыпочках вернулась к Михаилу и прошептала:
- Фройлян Нарышкина! Терпения ей не занимать. Мы рискуем остаться здесь до утра.
- Тогда нужно предпринять маневр для отвлечения внимания противника, - прошептал Репнин в розовое девичье ушко и подмигнул.
Мари пришла в смятение, когда почувствовала его дыхание на своей щеке, и в то же время обрадовалась маленькому приключению, которое на время скрасит ее унылые будни в Петербурге. Девушка не была ни злопамятной, ни мстительной, но Катрин Нарышкину она не назвала бы в числе своих подруг. Не далее, как утром Мари столкнулась с бессмысленной вредностью рыженькой фрейлины. Императрица любила послушать романсы в исполнении княжны Репниной. Катрин с такой сладкой улыбочкой подала гитару Натали, что у Мари ёкнуло сердце. Опасения оправдались – струны были смазаны маслом, и пальцы Натали постоянно соскальзывали к недоброй радости Нарышкиной и удивлению Александры Фёдоровны.
Михаил оглянулся в поисках какого-нибудь предмета, но, увы – ни ваз, ни прочих интерьерных мелочей в поле зрения не обнаружил. Только козетка, да молчаливые кариатиды, поддерживающие полукруглые своды ниши. Можно выбросить в окно козетку, но на шум под окна сбежится вся дворцовая караульная служба, а мадемуазель Нарышкина посчитает комильфо заглянуть в нишу. Выйти и под любым предлогом увести Катрин? Хитрая бестия не так глупа, чтобы отойти от ловушки, когда цель близка. Но иного выхода нет. «Интересно, обрадуется ли император известию о подобном тет-а-тет в укромном месте?» - подумал Михаил и невесело усмехнулся. Бег мыслей князя прервало мягкое постукивание веером по эполету.
- Позвольте мне, - прошептала принцесса.
Михаил покачал головой: «Нет». Принцесса взмахнула ресницами и кивнула: «Да».
- «Нет!»
- «Да!»
Они еще какое-то время безмолвно спорили, пока Мари не наступила на носок форменного ботинка князя. Михаил беззвучно рассмеялся и поднял ладони кверху:
- «Сдаюсь!»
Мари набрала в грудь побольше воздуха и громко произнесла, отчего гессенский акцент зазвучал сильнее:
- Графиня, я не могу в это поверить! Подслушивать? Катрин Нарышкина – в высшей степени благородная особа. Она никогда не позволит себе того, чем занимаетесь вы - сплетничать. Я иду навестить ее величество и не сомневаюсь, что Катрин именно там!
Заговорщики обменялись красноречивыми взглядами. Лиловая полоска ткани колыхнулась и исчезла. А через непродолжительное время в коридоре растворился шорох кружевных юбок.
Князь поцеловал кулачок, в котором принцесса сжимала веер:
- Восхищён вашей находчивостью. Графиня? Кто мне никто не обращался подобным образом!
Мари рассмеялась тихим рассыпчатым русалочьим смехом. Фиалковые глаза, обращенные на Михаила, сияли, светились и излучали мощную, таинственную и эротическую энергию любви. Правду говорят, что влюбиться можно с одного взгляда.
- Я лишь воспользовалась вашим советом, Михаил Александрович!
- Просто Михаил.
Её сердце забилось чаще:
- Михаил…
Они стояли так близко, как могут находиться двое, не обнимая друг друга. Репнин со всей ясностью вдруг осознал - эта крошечная складочка в уголке ее губ будет стоить ему карьеры. Когда их губы встретились, все стало легко и понятно. Мари оказалась такой нежной и неуверенной, что в нем внезапно вспыхнуло желание. Чем больше она поддавалась, тем больше он жаждал её. И все же в глубине души он сдерживался и не давал себе волю – не имел на это право. Михаил разжал руки и выпустил девушку из объятий.
- Простите, ваше высочество.
- Просто Мари.
- Мари...
- Сегодня лучший день в моей жизни, - ее губы еще пылали, а лицо стало безмятежным и по-настоящему красивым.
- А завтра? – вырвалось само собой.
Мари с детства внушали, что родиться принцессой Гессенской – это привилегия и ответственность. Она пожала плечами и расцвела улыбкой вечной женской тайны:
- Нет. Я не знаю... Прощайте, Михаил.
И тихо ушла, унося на губах вкус его поцелуя, и в сердце непонятную тоску. Репнин распахнул окно и подставил горячее лицо ветру. Клёны дворцового сада отбрасывали длинные вечерние тени. Его больше не одолевали сомнения, в душе князя зрело предчувствие чего-то большого и важного, что вот-вот должно с ним произойти. И он готов рискнуть и придет сюда завтра и будет ждать ее столько, сколько она пожелает.


Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 10
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.10.13 12:39. Заголовок: Муза пишет: хочу по..


Муза пишет:

 цитата:
хочу попросить у Осени вальс-воспоминание Марии Алексеевны о том из ее мужчин, кто ей всего дороже.



"Вальс воспоминаний"

Заказчик: Gata
Автор: Nadezhda Peremudraya




Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Сообщение: 11
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.10.13 14:49. Заголовок: Муза пишет: А я хоч..


Муза пишет:

 цитата:
А я хочу, чтобы и Варваре в любви повезло!!! А за кавалером и ходить далеко не надо... Желательно, больше юмора)


Сказка про золушку Варвару и принца Василия.

Заказчик: Nadezhda Peremudraya
Автор: Бреточка


    Жила-была на свете Варвара. Женщина в возрасте, да и в теле. Трудилась она кухаркой на Вовку Корфа.
    Была у Вовки возлюбленная, да не простая, а припадочная. Звали ее Аней Платошей. Девушка она была с характером, не смотря на то, что числилась крестьянкой. Но поскольку Владимир не дружил с головой, то два любящих сердца нашли друг друга.
    Вроде все складно да хорошо выходило, но нельзя же просто так взять и сыграть свадьбу. Так дело не делается. Нужно в обязательном порядке придумать трудности и их преодолеть. А потом уж и жениться можно. Анна с Владимиром находились на первой стадии развития отношений. Ещё очень важный момент в этом деле, что для пущего эффекта страданий по суженому нужно было задействовать как можно больше народу. Вот и приходилось Варваре в этом спектакле участвовать. Тем более, что Анна считала ее своей подругой и постоянно делилась мучениями израненной души.
    Так они и жили. Весело у них в уезде было.
    Тяжко приходилось Варваре, очень тяжко. Виду она, конечно, не подавала. Боевая женщина была. Но вечерами у окошка мечтала о принце на белом коне, который заберет ее из этого болота.
    Как говорится: быстро сказка сказывается да не быстро дело делается. Долго пришлось Варе ждать единственного и неповторимого мужчину своей жизни.
    Смилостивилась судьба над Варей. Поскольку как-то раз, в один из весенних дней к Вове приехали его друзья: Саня Троном Поцелованный да Миха Репка. А уж если трое этих бравых ребят собирались вместе, то они устраивали вселенский шабаш. В котором на костре сжигались глобальные вопросы: «почему так не везет в любви?», «от чего все девушки такого недалекого ума?», «что делать?», «кто виноват?» и все в подобном роде.
    Варе хлопот на кухне прибавлялось. Таких молодцов накормить, это вам не просто так. К слову сказать, Варина стряпня славилась на весь уезд. Бывало, что к ним в поместье захаживали просто, чтобы попробовать пирожков.
    Варвара, знавшая Владимира с детства, сетовала своей помощнице Полине на Вовку. Ведь такой хороший мальчик был, а теперь катится по наклонной. Как к сыну относилась кухарка к Корфу.
    А на утро за Саней приехал Васька Жук. По факту друг закадычный, а по инструкции учитель вроде как. Злой был Васька. Видимо получил от бати - императора за выходки воспитанника. Поручил батя Жуку приглядывать за сынком да все ему докладывать. Договорились друзья об общей версии, которую отцу расскажут. Троном Поцелованный пошел дальше гулять. А Васька пошел искать места, где отдохнуть в уезде можно. Научил Санька пожилого дяденьку нехорошим делам. Но и пользу это принесло в итоге, как выяснилось.
    Как можно Васю вкратце охарактеризовать? Добрый был да покушать любил. Учуял Жук вкусный запах еды да и пошел на него. И так забрел к Варе на кухню.
    Варвара как увидела его, так и влюбилась сразу. Мужчина он был видный. В годах и в теле, прям как с Вари писан. Поняла она сразу, что это судьба к ней в гости заглянула. Но вот беда. Не знала она, что делать нужно. Растерялась от неожиданности, засуетилась. Падать все стало у неё из рук.
    Пришел на помощь к ней Вася. Тоже стал ронять всю посуду на пол. Разговорились они, рассмеялись. Много общего у них оказалось. Жуку понравилась очень Варвара.
    Каждый вечер стали они гулять по Двугорскому уезду. Долгое время они гуляли: и в баню заглянуть успели, и на коньках покататься. Все вокруг заговорили о свадьбе. Хорошая пара получалась. Да только Жук не спешил делать предложение. Варе обидно было, конечно, но смирилась с этим. Думает, пусть хоть друг будет и то лучше, чем одной.
    Тут в дело вмешался Саша, вызвал Васю на разговор.
    - Что же Вы, милый друг, медлите,- спрашивает Троном Поцелованный своего учителя. - Такая женщина шикарная рядом с Вами, а Вы уши развесили. Не стыдно Вам, сердешный Вы мой?
    Призадумался Жук да испугался, что Варвару могут у него увести. И вправду женщина видная, хозяйка хорошая. Ну и решился на предложение своих двух органов: руки и сердца. Варя для солидности дела немного подумала да и согласилась. Нарушили они давнюю традицию по мучениям перед свадьбой.
    Свадьбу сыграли скромненько, по-домашнему. Всем двугорским уездом отмечали.
    Варвара в свадебном платье преобразилась, ещё краше стала. Гости завидовали ей втихомолку. Васька ходил счастливый, как медный таз. И всем своим видом говорил: «Смотрите, какая у меня невеста! Ни у кого такой нет и не будет!»
    Ну и как говорится, жили они долго и счастливо. Пятеро детишек у них появилось: трое мальчиков и две девочки.
      Как и мечтала Варвара — появилась у неё большая дружная семья.

        Мораль: мечтайте и будьте счастливыми, как Варя и Вася.


          Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец. И получает от Варвары пирожок с капустой!

          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 12
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 29.10.13 17:05. Заголовок: Муза пишет: Хочу ус..


          Муза пишет:

           цитата:
          Хочу услышать историю под сияние звезд и перебор гитары о жизни цыганки Рады. С кем нашла она свое счастье?




          Судьбу не изменишь

          Заказчик: Aspia
          Автор: Тоффи


          Татьяна со страхом и тайной надеждой протянула цыганке руку, как та велела – ладошкой вверх. Они расположились на кухне у Долгоруких, куда Таня улизнула в тайне от Никиты, якобы спросить у приятельницы-кухарки рецепт бланманже, а на самом деле мечтая еще раз напоследок увидеть Андрея, хоть одним глазком, пока они с молодой женой не уехали в свадебное путешествие в Италию. Там же, у Долгоруких, ее и застало известие о несостоявшейся свадьбе. Ноженьки враз подломились, сердце зашлось, но молодая черноокая цыганка, которая в тот же день пришла к кухаркиной дочке погадать на суженого, вдруг сказала:
          - Не ходи, не судьба он тебе.
          - Что ты знаешь про судьбу? – осерчала на неё Татьяна.
          - А ты дай руку, всё тебе расскажу.
          И рассказала:
          - Отец твоего дитяти на волосок от гибели будет, но избежит её, однако для тебя станет всё равно что мёртвым.
          - Почему? – всколыхнулась Татьяна, захолодев сердцем.
          - Разойдутся ваши с ними пути-дорожки, а полюбишь ты мужа своего. Сперва трудно будет вам обоим, но зато потом отдашь ему всё сердце своё, без остатка, и детей ему много родишь.
          - Всё ты лжёшь! – выкрикнула Таня, не желая верить в такую судьбу.
          - Мы, цыгане, никогда не лжём, - с достоинством возразила черноокая красавица.
          И вдруг – на весь дом – истошный крик: «Молодой барин убился!!!»
          «Воды, скорей!» «Из пистолета…» «Доктора, доктора!» «Да он уж не дышит, сердешный…»
          Татьяна охнула, схватившись за живот, и рухнула на лавку. Кухарка с дочкой засуетились возле неё, позабыв про цыганку, а та, подумав, отворила дверь в барские покои и пошла, будто всю жизнь по ним ходила, прямо в ту комнату, где на руках рыдающих родителей и сестёр истекал кровью молодой князь. Сознание его уже покинуло.
          Девушка с одного взгляда поняла, что они делают всё не так, будто от чрезмерной любви собрались уморить несчастного. И о самом молодом князе она сразу всё поняла, хоть видела впервые. Слаб. Запутался. И не хочет жить. Слабых среди цыган презирали. Но с судьбой не поспоришь, иначе бы ноги не привели её сюда.
          Цыганка змейкой проскользнула к раненому, проворно завернула намокшую кровью рубашку и ощупала пульсирующие края раны. Что-то надавила, в одном месте, в другом, и вдруг наружу вынырнул сплющенный кусочек свинца.
          - Есть ли такая-то травка? – спросила она.
          Изумленные князь с княгиней не могли вымолвить ни слова, а младшая княжна метнулась куда-то и через две минуты принесла пучок самых разных трав. Цыганка выбрала среди них нужную, наложила на рану, что-то быстро прошептала на своём языке, и кровь перестала сочиться. Тогда она оторвала на раненом чистый кусок рубашки и так же проворно, как делала всё остальное, перевязала его.
          - До завтра не трогайте повязку и не позволяйте ему двигаться, - сказала она и вышла вон, оставив всех присутствующих в ещё более глубоком изумлении, однако приободрёнными надеждой.
          Взволнованная младшая княжна догнала цыганку на крыльце. По её лицу текли слёзы.
          - Кто ты, и как нам тебя благодарить?
          - Молодой князь, если захочет, поблагодарит.
          - Скажи хотя бы, как тебя звать?
          Но красавица-цыганка уже исчезла, будто и не было её.

          Хмурый апрель утонул в буйстве красок и ароматов мая, вслед за ними пришёл зелёный июнь, раскинув повсюду покрывала новоцветья, шёлковых трав, наполнив небеса яркой синью. Знойный июль сменился тучным августом, и вот, наконец, зазолотилась, забагрянилась пышная осень. Цыганский табор давно покинул неприветливые для них места, кочевал из уезда в уезд, пока к октябрю не осел в губернии, соседней с Петербургской. За умеренную мзду удалось столковаться с помещиком, на чьей земле они раскинули кибитки, и стали готовиться зимовать.
          Цыган никто не беспокоил, кроме местных девушек и баб, приходивших погадать, но на их скудные приношения – яйца, сало, мёд, прокормиться, разумеется, было нельзя. Торговали лошадьми, чем ещё цыганам промышлять, из-за того было несколько стычек с деревенскими мужиками, но от увесистых кулаков ловкие чернявые парни всегда успевали унестись на быстрых, как ветер, своих скакунах.
          Но однажды в табор явился явно нездешний человек. Молодой, богато одетый, на добром кауром коне, на которого у щербатого Лачо сразу вспыхнул глаз.
          - Хороший конь у тебя, барин! – прицокнул он языком, похлопав каурого по холке.
          - Оставь его, Лачо, он пришел ко мне, - выглянула из-под пёстрого полога кибитки молодая черноглазая девушка.
          - Здравствуй, - сказал ей гость.
          - Здравствуй, князь, - ответила она. – Долго же ты меня искал!
          - За вами не угонишься, - улыбнулся Андрей.
          - Что ж, коли приехал, проходи к нашему костру. Не побрезгуешь цыганским угощением?
          - Я голоден, и перекусить было бы кстати. Но скажи сперва, как тебя зовут?
          - Рада, - сказала девушка, стрельнув в него взглядом из-под длинных чёрных бархатных ресниц и пошла между кибитками, мелькая своей яркой многооборчатой юбкой.
          Князь приветливо поздоровался с сидевшей у костра тощей старухой с длинными седыми волосами и сморщенным и коричневым, как печеное яблоко, лицом. Старуха покивала, дымя длинной закопченной трубкой.
          - Это моя бабушка Гита, - представила её Рада. – Она вынянчила нас с братом после смерти родителей.
          - Твоя внучка спасла мне жизнь, - сказал Андрей, садясь у костра.
          - Я знаю, - бесстрастно ответила старуха.
          - Бабушка всё знает, и меня научила, - Рада положила на румяную лепешку горку фасоли и протянула князю.
          - Погадаешь мне? – спросил он, с аппетитом надкусывая угощение.
          - Если до зари не передумаешь, погадаю, - загадочно сказала девушка.
          Цыганская лепешка оказалась неожиданно вкусной, или Андрею так показалось после долгой скачки на уже холодном осеннем ветру. Он ел, поглядывая на свою спасительницу. Ни в Петербургских гостиных, ни в деревне в родительском именье он не встречал такую красоту. Было в ней что-то дикое и одновременно манящее, завораживающее, как переменчивый огонь в костре.
          Неожиданно из-за кибиток с громкими криками и причитаниями выбежали две молодые цыганки. За юбки одной цеплялись чумазые тоже плачущие ребятишки мал-мала меньше, а на руках был орущий сверток с младенцем. Цыганки, перебивая друг друга, стали что-то кричать старухе Гите на своем гортанном наречии.
          - О чём они говорят? – спросил Андрей у Рады.
          - Они обе вчера родили, но ребёнок Земфиры умер, и Лала сейчас говорит, что та украла её младенца, подложив вместо него мёртвого.
          Старуха потыкала морщинистым пальцем в головку младенца и сердито пробормотала, что ничего не видит.
          - Чёрная ворожба, всё в дыму! Идите от меня прочь!
          - У матери Лалы был плохой глаз, бабушка Гита с ней враждовала, - пояснила Рада Андрею.
          - Я без всякой ворожбы помогу им поделить дитя, - сказал Андрей, которому показалось несправедливо, что из-за давней обиды старухи настоящая мать, может быть, лишится ребёнка. Он забрал у Земфиры младенца и достал из-за голенища сапога длинный охотничий нож. – Это же так просто, разрезать его пополам, и…
          Вторая цыганка с истошным воплем повисла у князя на руке, сжимавшей нож:
          - Пусть забирает его, пусть забирает, только пощади ребенка, чужак!
          - Он твой, - Андрей отдал младенца счастливой Лале и спрятал нож. – Только настоящая мать предпочтет отдать дитя в другие руки, чем дать ему погибнуть.
          Земфира разразилась рыданиями, и вместе с ней заревели цепляющиеся за её юбки ребятишки.
          - А и хитёр ты, князь, - повела бровью Рада. – Ты ведь не собирался на самом деле убить ребёнка?
          - Конечно, нет, - подмигнул ей Андрей.
          - Хитёр, да глуп, - подала голос старуха Гита, вынимая изо рта трубку. – Ты, - ткнула она в Лалу, - колдовством умертвила дитя Земфиры и должна отдать своего ребёнка ей. А сама убирайся прочь, тебе не место среди нас. Ты же, чужак, - сердито покосилась старуха на Андрея, - не лезь в наши цыганские дела, и тоже убирайся подобру-поздорову.
          Лала, обливаясь слезами, крикнула:
          - Ты здесь не главная, старуха, я пойду к Баро!
          Но, видно, и вожак не смог её утешить, потому что спустя какое-то время Андрей увидел цыганку, с котомкой на плечах бредущую прочь от табора. На повороте дороги она остановилась, погрозила в сторону кибиток кулаком и выкрикнула что-то угрожающее, не слышное на расстоянии.
          - Расскажи мне о ваших обычаях, - попросил Андрей Раду, когда солнце на западе погрузилось в пурпурные и охряные облака.
          - Ты не передумал услышать про свою судьбу?
          - Мне кажется, что моя судьба связана теперь с вашей.
          Рада пристально посмотрела на князя.
          - Так и не смог решить, которую из двух выбрать?
          - Не смог, - вздохнул он. – И не хочу. Сердце устало, Рада. Я думал, что люблю Наташу, что буду с ней счастливым, но между нами всё время что-то стояло, - он не стал рассказывать про причины их бесчисленных ссор, не желая марать память о том светлом, что было вначале, и не желая показаться Раде ещё более мягкотелым, чем она и так, наверное, его считает. – Татьяна беззаветно любила меня, но я не мог оправдать её ожиданий… После этого нелепого ранения я ушёл в отставку, стыдно было смотреть в глаза моим прежним полковым товарищам. Целыми днями сидел в халате, что-то читал, смотрел в окно… Потом понял, что от такой жизни скоро сам пущу себе пулю в лоб, и отправился тебя искать.
          - Ты потерял в жизни стержень, князь, - сказала Рада, задумчиво рассматривая его ладонь. – Но там ли его ищешь? Ты привык с красивой посуды есть, на шёлковой перине спать. А у нас слуг нет, умываемся – вон, из ручья, едим один день лепешку, другой – чистый воздух. Не сможешь ты с нами.
          - Что ж, значит, гонишь меня? – вздохнул Андрей.
          - Утро вечера мудренее, князь, - подумав, промолвила она. – Ляжешь спать в кибитке Лачо, он твоего коня посторожит.
          - Не украдёт? – невольно улыбнулся Андрей.
          - Если решил у нас остаться, чего боишься? – Рада лукаво прищурилась.
          - Так ведь цыган без коня, что скрипка без струн.
          Девушка ничего не ответила, но на её лице, отвернувшемся в этот миг от Андрея, промелькнула улыбка.
          Глубокой ночью, когда весь табор уже погрузился в сон, даже ржания коней больше не было слышно, в одной из кибиток всё ещё горел огонь, и две тени отражались на полотняном тенте, одна – скрюченная, с длинной трубкой, другая – стройная, как лоза.
          - Не могу я прогнать его, бабушка. Ты же сама мне всегда говорила, что судьбу не изменишь.
          - Стара я стала, Рада, скоро умру. Хочу перед смертью знать, что ты выберешь в мужья нашего, рому.
          Девушка протянула ей руку.
          - Посмотри, бабушка, что тут написано. Ты знаешь больше меня. Если скажешь, что моим мужем будет цыган, так оно и будет, этого не изменить.
          Но старуха отвернулась, даже не взглянув на ладонь внучки, по её морщинистой щеке скатилась одинокая слезинка.
          - Мать Лалы погубила твоих родителей, я не смогла их защитить…
          - А сейчас Лала прокляла нас самым чёрным проклятьем. Но я видела его руку, бабушка, я видела руку Андрея – если он останется в таборе, никакое проклятье нам не страшно!
          - Ты ещё умолчала, что проклятье рассеется, если ты полюбишь чужака, которого спасешь от смерти, - сказала старая Гита. – Мне можно отправляться в вечное путешествие, ты знаешь всё, что знаю я.
          - Судьбу не изменишь, - молвила Рада, заплетая и расплетая густую чёрную косу.
          - Судьбу не изменишь, - вздохнула старуха, выпустив из длинной трубки замысловатое колечко дыма.

          Спустя несколько лет в одном из нижегородских ресторанов широко обедали купцы, только что с выгодой завершившие сезон ярмарок. Самый молодой из них, Никита Степанович Хворостов, с необъятными плечами и широкой окладистой русой бородой, впервые попал в Нижний, однако внешне держался уверенно и степенно, чтобы не уронить достоинство. Поглядывал исподтишка за более опытными, мотал на ус, когда и что можно говорить, сколько подавать чаевых официантам, сколько цыганам, что пели и плясали для господ купцов. Дела у него шли хорошо, природная сметливость помогала там, где не хватало опыта. В семье тоже всё было слава Богу – любовь и достаток. Старшую дочку, правда, со слезами умолили отдать им старые князь с княгиней, когда их сын сгинул невесть где. Татьяна поначалу сильно горевала, но потом, когда пошли другие дети, успокоилась, и лишь иногда всплакивала украдкой. Никита, понимая и жалея, ни в чём её не корил. Из Нижнего привезёт он жене и деткам на радость богатые подарки, диковинки разные да заморские разносолы.
          Замечтавшись, Никита ненадолго отвлекся от общего разговора, а купцы между тем завели беседу о лихих людях, которых на Волге и по всей России водится, увы, немало, что не боятся они нападать даже на большие караваны, а уж мелкому купчине и вовсе нет от них никакого житья. Никита только ухмыльнулся, вспомнив, как однажды и к нему пытались подступиться на пустынной дороге какие-то бедолаги, но бежали без памяти, отведав его палки, которую он сам вытесал из молодого дубка.
          - А я вот что слышал, - вмешался купец, недавно вернувшийся из южных губерний, - что есть будто бы благородный разбойник, который не трогает честных купцов, ни простой люд, зато помещикам-извергам, или чиновникам, падким на взятки, лучше ему не попадаться. Предводительствует он цыганским табором, жена у него цыганка красоты писаной, но сам не цыган, а будто бы даже русский князь. Видели его в Молдавии, говорят о нём в Малороссии и на Херсонщине, - продолжал он рассказывать заслушавшимся собеседникам, - да, наверное, это только легенда…

          Конец


          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 13
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 29.10.13 18:01. Заголовок: «А я хочу, чтобы и В..


          «А я хочу, чтобы и Варваре в любви повезло!!! А за кавалером и ходить далеко не надо...»

          Дубль 2 к заказу Nadezhda Peremudraya
          Автор: Светлячок


          ВасильАндреич шустрый, но наивный,
          Не распознал, что пахнет керосином,
          Впарили отставку виртуозно,
          При этом нагловато утверждая,
          Что надорвал на службе он здоровье,
          Зато оплатят заграничное леченье.
          Как будто он не понял подоплёку,
          Как будто бы он лох первостатейный!
          По дороге в заграницу,
          Заглянул в усадьбу к Корфу,
          С автографом в стихах хореем
          На атласе Сибири.
          Хозяин в это время парился на нарах,
          Там у него гнездо родное.
          Варвара заприметив в окна гостя,
          Из кухни подаёт сигналы,
          Бюстом пятого размера,
          Как заправский семафорщик.
          Андреич догоняет перспективу,
          Заказывает два по сто с печенькой.
          Наливка помогает слабо,
          Поскольку Варин бюст отменный
          Приводит организм в движенье.
          Окрылился и надумал
          На века увековечить,
          Мегасисечность и стать.
          - Напишу-ка, Варя, басню,
          Про твои большие, хм...
          Будут знать, как парафинить
          Нестандартные фигуры.
          Кроме суповых наборов,
          Есть мильёны сочных баб!
          Варя, истомившись телом,
          Намекает между делом
          - А пойдёмте вместе в баню,
          Может даже получиться
          Небольшое рандеву!
          «Не забыть бы мне подправить
          И интимную причёску,
          Просто так, на всякий случай…
          Вдруг сегодня повезёт мне,
          И чего-нибудь случиццо».
          Клубится пар под потолками,
          Кухарка бурно суетится,
          Пиита веником ласкает
          По важным мужеским местам.
          На нем повязка, как у Щорса,
          Вася жмурится довольный,
          И в экстазе восклицает:
          - Я голубушка, Варвара,
          Собираюсь в турпоездку,
          Ждут меня ЛондОн с Парижем.
          (И Бобруйск с Заплюйском ждут).
          Больно уж ты аппетитна,
          Всё горит во мне от страсти,
          Сильно я тебя хочу!
          Хватит картофан мотыжить,
          Поехали в турне по пабам!
          Одену как гламурную особу,
          По площадям, гудя клаксоном
          В готичной тачке будешь рассекать,
          Распугивая граждан и телеги,
          Своим лицом пространство украшая,
          Получше всякого вьетнамского феншуя!
          Варя от такого спитча
          Уронила шумно тазик
          С кипятком, а он – проказник
          Ей филейку ущипнул.


          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 14
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 29.10.13 22:24. Заголовок: «Сирена» Семья имп..


          Муза пишет:

           цитата:
          Осень, тогда уж порадуй меня чем-нибудь интересным про Александра Николаевича и учительницу пения Анну. В эротическом жанре.



          «Сирена»

          Заказчик: Роза
          Автор: Царапка


          Семья императора слушала итальянскую песню. Новая учительница царских детей - юная и хорошенькая, услаждала и слух, и взор. Одетая скромно, как подобает при её звании, глазки опускала она к фортепьяно, порой искоса поглядывая на августейших особ. Прелестные глазки! - втайне были согласны и царь, и наследник. В присутствии младших детей звучали слова о море, цветочках, а когда самых юных увели спать, белокурая Анна улыбнулась свободнее, и шаловливые пальчики заиграли весёлую песню. В мотиве легко угадывался известный фривольный романс.
          Мужчины приосанились. Император подкрутил ус, а взгляд наследника с большим удовольствием скользил по благопристойно прикрытым плечам, стянутым корсетом груди и талии... Девица - воплощённая скромность, и как хочется эту скромность содрать с неё вместе с платьем! Невинный взгляд и быстрые молнии из-под ресниц, почтительная улыбка - и лукаво приподнятый уголок губ, а пальчики, пальчики! Великий князь незаметно для себя подмурлыкивал малопристойный текст и очнулся, когда отец ткнул его в бок, укоризненно покачал головой, смеющимися глазами поведя в сторону матери.
          Вечер вскоре закончился, все разошлись, и Александр пустился в мечтания. В Анне таилась загадка. Конечно, была и тайна, но её престолонаследник отлично знал. Хотелось знать много больше...

          Привыкнув не терять времени, на другой день Александр начал манёвры.
          - Анна, ваше исполнение совершенно! Кто вас учил?
          - Ах, у меня было много учителей... - от лёгкого вздоха грудь на миг приподнялась. - Много предметов... Крепостные актрисы должны уметь исполнять гораздо больше, чем обычные барышни.
          - О, я никогда не сомневался - вы необычная! - радостно подхватил Александр. - Так что вы такого умеете?
          Анна очаровательно покраснела.
          - Ваше высочество, боюсь вас смутить...
          На такой поворот цесаревич похлопал глазами и зашёл с другой стороны.
          - В театрах приняты аллегории!
          Благовоспитанные девушки, конечно, не фыркают, но короткий смех Анны трудно было назвать иначе.
          - Угодно ли Вашему высочеству вспомнить Библию?
          Его высочеству стало угодно на цыпочках прокрасться к двери.
          - Танец, что танцевала Ироду Саломея... Говорят, сохранились рисунки, а их недостаток легко восполняет фантазия.
          Александр передумал бежать и взглянул с интересом.
          - Это когда все с ума посходили и отрезали голову Иоанну Крестителю?
          - Да... Можете представить, Ваше высочество, каков был этот ужасный танец?
          - Могу! - он спохватился. - То есть моей фантазии не хватает... - взгляд исподлобья, и, почти шёпотом. - Вы бы не могли подсказать... Анна?

          Девушка смутилась, затрепетала, губы что-то шепнули о библиотеке, разочарованный цесаревич поплёлся к себе. Сон не брал, голова полна была обрывками глупых мыслей, и вспомнилась Александру коллекция восточных гравюр, заботливо припрятанная отцом за томами нуднейших проповедей.
          Всё равно уж не спится... Его высочество набросил халат и направил стопы в библиотеку, прихватив тяжёлый подсвечник. В неровном свете достал он заветную папку, устроился в кресле и принялся листать. Гравюр было много - черно-белые и цветные, ветхие, почти новые, сдержанные и откровенные. Саломея... Какая она была, окутанная прозрачными покрывалами? Пышногрудая, с тяжёлыми бедрами, или юная, тоненькая, как Анна? Александр начал тонуть в своих грёзах, как вдруг пламя дрогнуло, лёгкая ручка коснулась плеча, аромат изысканнейших духов защекотал ноздри...

          Пламя обрисовало на фоне окна силуэт гибкой женщины. Музыки не было - такт незнакомка отбивала браслетами - легко, нежно, весело негромкое позвякивание складывалось в таинственную мелодию. Руки взлетали над головой, раскрывались в полёте, на миг приподняв покрывало. Свет выхватил сияющий глаз – тёмный, бездонный, и всё ж Александр узнал светлокожую красавицу Анну. Какая бездна таилась за её скромной сдержанностью! Бесшабашным огнём полыхал прозрачный днём взор. Ладненькая фигурка кружилась то рядом, то дальше. Тонкую талию облегали прозрачные покрывала. Нега, томление, пьянящий и будоражащий кровь аромат сводили с ума.
          Танцовщица то приближалась – Александра охватывал жар, то, смеясь и дразня, отпрыгивала – сердце молодого, но уже опытного мужчины колотилось о рёбра. Плутовка, проказница! Он пытался поймать её – взмах руки ловил покрывало, и от желанной бабочки в сладкой ловушке оставалось опавшее крылышко.
          Крыльев-вуалей становилось всё меньше. Дыхание девушки – чаще. Ловкие ножки, постукивая по паркету, невзначай - нет, конечно, нарочно! - касались ног Александра, и он терял голову. Шальная, безумная, Анна кружилась не птичкой, а вихрем, утягивающим в неизвестность. Разгорячённая и обворожительная, ведьма, днём прячущая мятежный дух, она манила, обещая небесные ласки и огненный бой. Миг, когда забывается будущее и былое, человек готов отдать славу, душу, спасение, бросить мир к ногам чаровницы, с презрением отречься от разума – этот миг наступил.

          Ведьма, довольная своей добычей, прервала танец, вздохнула, слегка потянулась, покачиваясь белой берёзой в ветреный день, приблизилась, позволив обнять себя – обернулась беспечными искрами, зовущими мотылька на огонь, чтобы потом растаять в ночи.




          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 15
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 30.10.13 11:46. Заголовок: Муза пишет: Мне был..


          Муза пишет:

           цитата:
          Мне было бы очень интересно узнать о том, что происходило дальше с Ольгой, когда Александр закрыл дверцу, и карета тронулась в Польшу. В любом жанре, кроме чёрного юмора



          "Три цвета осени"

          Заказчик: Алекса
          Автор: Gata


          Октябрь 1838 года, Санкт-Петербург

          – Они встречались?
          – Да, ваше высокопревосходительство.
          – Как он узнал путь следования конвоя?
          – Ему сообщила фрейлина государыни Репнина.
          – Почему стало известно ей?
          – Расследуем, ваше высокопревосходительство.
          – Свидание длилось долго?
          – Около получаса. Потом его высочество вернулся к охоте.
          – Сам?
          – Сам.
          – Значит, с этой опасностью покончено. Я еду в Вильну, там снова появились польские эмиссары.

          Октябрь 1838 года, Двугорский уезд

          Последнее касание рук, последний взгляд – как последний глоток жизни, больные и безысходно виноватые Сашины глаза в траурной раме каретной дверцы, которую он долго держал нараспашку, и вдруг резко захлопнул. Скрип колес и небытие.
          Молодая женщина бессознательным движением подняла сброшенную в сумятице прощальной страсти накидку и, уткнувшись в нее лицом, с тихим отчаянием заплакала, не чувствуя обнаженными плечами холодных злых порывов октябрьского ветра, задувающего в щели кареты…

          Из дневника Софьи Долгорукой

          …Поздним вечером к нам явились жандармы. Маменька велела не выходить, но Лиза, скучая в своем заточении, умолила меня хоть что-нибудь узнать о причине их визита. Коря себя за потакание сестриным капризам, из-за которых она и угодила под замок, а еще больше стыдясь, что меня снедает такое же любопытство, я на цыпочках прокралась к двери в гостиную.
          – Нет, эта женщина не переступит порог моего дома! – сердито говорила маменька.
          – Она в сильной горячке, – отвечал незнакомый мужской голос, учтивый, однако в нем слышались властные нотки. – Прошу вас, княгиня, показать комнату, куда мы можем ее отнести, и соблаговолите без промедления послать за врачом.
          – У меня две дочери на выданье, я не могу рисковать нашей репутацией.
          – Чем повредит вашей репутации, Мария Алексеевна, если вы проявите христианское милосердие?
          – Избавьте меня от подобных просьб, генерал, – когда маменька брала такой тон, все в уезде знали, что бесполезно дальше ее умолять, но наш поздний гость оказался из другого теста.
          – Я здесь не по собственной прихоти, а по долгу службы государю, – отчеканил он, – и именем государя, княгиня, если вы будете упорствовать, прикажу взять под стражу поручика Андрея Долгорукого, который напрасно надеется, что его участие в дуэли с наследником престола осталось неизвестным!
          Я чуть не вскрикнула за дверью от испуга и зажала обеими ладонями рот. Маменька же надолго онемела, а потом яростно затрезвонила в колокольчик, вызывая прислугу.
          Дом сразу наполнился шумом и суетой. Незнакомку пронесли мимо меня, я успела только увидеть безвольно повисшую руку, тонкую, белую, необыкновенно красивую, и бледное, будто вылепленное из воска, запрокинутое лицо. Она беспрестанно бредила, то зовя какого-то Сашу, то роняя вперемежку с русскими слова на чужом, звонком и шипящем языке.
          Я не понимала, чем эта женщина так была дурна, что маменька не соглашалась принять ее под нашей крышей. Откуда она, и какое совершила преступление? Брат Андрюша, несомненно, знал, но и он почему-то ничего не хотел говорить.
          Больше недели больная находилась в беспамятстве, доктор Штерн даже начинал всерьез опасаться за исход лечения, но к вечеру на десятый день она вдруг открыла глаза и слабым голосом спросила: «Где я?»
          Маменька велела всем называть ее Еленой Дмитриевной Болотовой, дальней родственницей покойного батюшки. Даже изможденная болезнью, наша загадочная гостья оставалась чудо, как хороша – изысканна, полна неизъяснимого, нездешнего шарма. Такими нам с Лизой рисовались героини томных романов, читанных украдкой от маменьки, и еще мы сгорали от любопытства, кто был тот Саша, по ком она страдала в горячке, но, конечно же, не посмели с ней об этом заикнуться.
          Когда она начала вставать, я попросила разрешения написать ее портрет, и написала – акварелью, сидящей в кресле возле окна, уже подернутого прозрачным ноябрьским инеем. Поглядев на готовый рисунок, она грустно улыбнулась:
          «Тебе, картин творец, обязан большим я,
          Чем вечному творцу живого бытия…»
          Я зарделась.
          – Вы мне льстите, Елена Дмитриевна.
          – Это не я, Адам Мицкевич, – ответила она.
          Спустя еще несколько дней, так же поздним вечером, за нею приехала жандармская карета, и Елена Болотова навсегда исчезла из нашей жизни.

          Июль 1839 года, Варшава

          – Когда бы у меня было сто жизней, я бы их все отдал отчизне! – воскликнул молодой человек с нервным, болезненно-одухотворенным лицом, на котором фанатично сверкали казавшиеся двумя черными кострами глаза.
          – Отчизне не нужны наши могилы, – прервал его мужчина постарше, более здорового вида и более спокойных манер. – Великая Польша ждет, когда ее сыны помогут ей восстать из пепла, и сегодня мы близки к этому, как никогда.
          – Я и мои товарищи вынуждены были покориться большинству, – буркнул первый, – но мы продолжаем настаивать, что добиться успеха можно, лишь подняв на борьбу весь народ, когда каждый ощутит себя патриотом, готовым погибнуть за отечество!
          – Времена благородных безумцев вроде Заливского или Завиши прошли, – проронил хозяин дома, в котором происходил этот разговор – граф Ириней Огинский, статный мужчина лет тридцати пяти. – Народ, запуганный тираном, не захочет браться за оружие, пока не будет воодушевлен зримой победой.
          Всего в особняке неподалеку от площади Красиньских собрались в тот июльский день одиннадцать человек. Самым старшим, которому остальные оказывали молчаливое почтение, был князь Адам Калиновский, тесть Иринея. Он только слушал, не участвуя в общей беседе, но всякий бы, только поглядев на этого благородного седовласого льва, понял, что решение, которому пришлось подчиниться пылкому молодому меньшинству, было принято и под его влиянием тоже.
          Решение это было – взять Александровскую цитадель, построенную над Вислой по приказу ненавидимого всеми истинными шляхтичами императора Николая, перебить русский гарнизон и казнить военного диктатора Паскевича. Пушки, из которых император обещал расстрелять Варшаву, буде она вновь посмеет проявить непокорность, предназначались для провозглашения новой польской эры, их грохот докатился бы до Петербурга, Вены и Берлина, заставив те содрогнуться.
          …Отодвинув рукой шелковую портьеру на окне, графиня Огинская смотрела, как последний припозднившийся гость, с которым ее супруг засиделся за бокалом вина, покидает особняк. Садясь в карету, он вдруг поднял голову, и взгляды отца и дочери пересеклись. Пан Адам нахмурился. Графиня отступила от окна, позвонила горничной и сказала, что хочет спать.
          Она надеялась, что муж не придет, узнав, что она легла рано, но Ириней явился через полчаса и, шумно сев в ногах кровати, стал развязывать галстук.
          – Северина, я знаю, что вы не спите!
          Графиня с неудовольствием выглянула из-под одеяла.
          – Ваши гости поздравляли сегодня с именинами пани Ольгу.
          – Советую вам, ложась в постель, снимать вместе с платьем и светское имя.
          Она негромко усмехнулась.
          – Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет.
          Ириней со злостью отшвырнул галстук и, придвинувшись к жене, схватил ее за волосы. Она не вскрикнула, не оттолкнула его, смотрела спокойно и чуть презрительно. Как смеет она на него так смотреть, дворцовая распутница, которую он отмыл от грязи, удостоив благородного имени!
          Она знала, что будет дальше, и с безучастной покорностью прикрыла глаза, зовя запретные воспоминания, терзавшие ей сердце, но помогавшие терпеть грубую страсть мужа, который не мог ей простить не столько прошлое, сколько настоящее.
          «Я была слишком счастлива, преступно счастлива… Но пусть за это расплачиваюсь одна я, матка боска, пусть он забудет меня, пусть не страдает!..»
          Свечи медленно оплывали, будто плача.
          – Ириней, – вдруг спросила молодая женщина, – вы с моим отцом действительно думаете, что сможете возродить Речь Посполитую?
          – Это не вашего ума дело, – буркнул он, засыпая, а она всё лежала без сна, глядя на оплывающие свечи. От того, что она смотрела на них так долго, ей стало казаться, что воск плачет кровью.

          Продолжение, по требованию Рульщика, под катом.

          Скрытый текст


          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 16
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 30.10.13 15:13. Заголовок: Подарок Безвозмездно..


          Подарок Безвозмездной Музе и всем форумчанам к юбилею


          "Десять лет спустя..."

          Автор: Mona


          В жизни всякое бывает,
          Один найдет, другой теряет,
          И в юбилей мы подведем итоги,
          Как пересеклись пути-дороги
          Героев памятного сериала.
          За десять лет произошло немало.

          Владимир Корф – примерный семьянин,
          Не пьет и Анне не перечит.
          Иной у Анны круг забот:
          Варенье на зиму и детский лепет.
          Гостит у Корфов часто тесть,
          Играют в шахматы и обсуждают урожаи,
          Когда зима стучится у ворот,
          Чаи на коньяке гоняют.

          Карьеру сделал князь Репнин -
          Он в министерстве крупный чин,
          Ему опора дома Лиза,
          И каждым днем они все ближе.
          Покуда Бог не дал детей,
          Она вовсю полна затей:
          Стезю какую выбрать лучше
          Племяннику Андрюше?
          В столице выбор всегда есть,
          И что бы ни гундосил тесть,
          Мишель решил с ответом -
          Быть мальчику кадетом.

          Италия кипит в восторгах -
          У Софьи Долгорукой снова вернисаж,
          Но, Боже мой, какой пассаж,
          Кто это рядом с Соней?
          Граф и графиня Бенкендорф,
          Купив в Тоскане виллу,
          Заехали на светский вечерок,
          По просьбе Ольги граф готов на вилы.
          Случился небольшой конфуз -
          Большой портрет Платона
          Испачкал графский карапуз.

          «А что Наташа Репнина? -
          Задаст вопрос читатель, -
          Сложилась как ее судьба,
          Так или иначе?»
          Наташа в Бадене с родней,
          В гостях у них сидит герой,
          Подполковник Шубин,
          И он Наташу любит.
          - Прошу, в который раз руки.
          - Просили только раза три! –
          Наташа вновь смеется,
          Но отвечать придется.
          Счастливый будет им конец,
          Фата, букет и под венец!





          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 17
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 30.10.13 18:53. Заголовок: Алаверды к заказу: &..


          Алаверды к заказу: "Осень, тогда уж порадуй меня чем-нибудь интересным про Александра Николаевича и учительницу пения Анну. В эротическом жанре"

          Автор: Gata



          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 18
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 30.10.13 19:06. Заголовок: Муза пишет: Дорогая..


          Муза пишет:

           цитата:
          Дорогая Осень, а мне приоткрой другую грань князя Репнина, оставшуюся недосказанной в сериале. Расскажи историю, начавшуюся у цыганского костра. Жанр – любой, но хотелось бы что-нибудь осенне-романтическое, под шорох золотых листьев...



          Песня для единственного

          Заказчик: Gata
          Автор: Эйлис


          Очередная осень согревала редким теплом и украшала все вокруг яркими нарядами. Самое время для праздника. Князь Репнин любил баловать себя поездками в имение старинного друга, где отдыхал душой и телом. В этот раз его сопровождала сестра. Не от большой любви к другу брата, а скорей ради того, чтобы повеселиться на празднике с будущим мужем, Андреем. Осенние листья щедро стелились под ноги, когда их экипаж остановился у парадного крыльца, и засыпали все вокруг, когда компания расположилась у озера, где был организован пикник.
          Вечер и сюрпризы не заставили себя ждать. Широко улыбнувшись, Владимир махнул рукой, давая знак разжечь огонь и зовя присоединиться к тихому доселе обществу шумную компанию цыган. Небольшую полянку тут же наполнили плач скрипки, звонкие голоса, гитарные переборы и песни, что удивительным образом заставляли сердце биться чаще, унося с собой в короткие, яркие истории любви.
          Девушка танцевала превосходно, объятая поздними сумерками и согретая мягким теплом осенних костров. Тонкая изящная фигурка заметно выделялась среди пестрой толпы, как и голос, которым она подпевала высокому ладному цыгану с белоснежной прядью в волосах. Романс брал за душу, заставляя забывать о вине и беседах. Гости затихли, позволив музыке стать полновластной хозяйкой праздника и милостиво сложить корону, едва аккорды золотыми искрами рассыпались в прохладе сентябрьской ночи.
          Праздник вновь ожил, наполняя пространство громкими голосами и смехом. Хмель кружил голову и какое-то время спустя. Михаил понял, что ищет среди праздничной толпы ту, кто сумел оставить для него в привычной обыденности яркий, не затирающийся след. Девушка прогуливалась у костров, дарила гостям улыбки и ловко уклонялась от просьб собратьев спеть для господ еще пару раз.
          - Мне вы тоже откажете, как и всем остальным?
          Улыбнувшись, Михаил уселся возле цыганского костра, не заботясь об оставленной компании. Ее взгляд, казалось, застыл на мгновение, а после золотые отблески вновь заплясали в темной бездне.
          - А чем ты от других отличаешься, князь? Говоришь иначе, аль думаешь о чем-то другом?
          - Может тем, что не за развлечением пришел к тебе, красавица? Голос твой за душу берет, и песни привычные совсем иными кажутся. Появляется в них что-то, что словами передать не могу.
          - Песни лишь тогда звучат искренне, когда с сердцем спеты. Оттого я больше одного раза на праздниках не пою и исключений не делаю.
          - Эх, сдаваться-то все равно не по мне. Сейчас певунья сурова, но, кто знает – может, судьба все же уговорит ее смилостивиться над покоренным ценителем? Платы взамен не предлагаю, хочу лишь вновь ощутить то, что было какое-то время назад.
          Девушка чуть улыбнулась, и в какой-то момент князю показалось, она поняла все, о чем он сознательно умолчал.
          - Истинная плата не та, что золотом красит, а та, на которую душа откликается. Вижу, не из тех ты, кто деньгами дорогу впереди себя засыпает. Говоришь без надменности, со мной таков, как и в кругу своем знатном, волю рукам да языку не даешь… Не похож ты на других, князь, ни словом ни делом.
          - Видно, изъян какой во мне, да только поделать я с ним ничего не могу.
          - Ничего и не поделаешь, князь. Попробуешь себя изменить - только погубишь.
          Он не знал, что отвечать, и не знал, как выбраться из бездны ее темных глаз. Цыганка отвела их сама, кликнув мужчину с гитарой и поманив его присоединиться.
          - Ладно, спою для тебя, князь, еще раз. Ночь сегодня особенная, сама судьба на будущее ворожит…
          Этот романс звучал для него весь остаток вечера, наполняя вино ранее не известными ощущениями. Натали, заметив рассеянность Михаила и ту, кто оказалась этому виной, между делом кокетливо шепнула на ухо брату, что девушка могла бы стать ближе.
          - Сергей Степанович ищет новую приму. Государь Император на последней аудиенции приказал князю сменить репертуар и актеров, изгнав с театральных подмостков уныние и серость…
          - Думаешь, она согласится плясать для толпы?
          - Шанс есть всегда, даже если он призрачный…
          С улыбкой поведя бровью Натали вернулась в компанию жениха.

          Праздничная ночь угасла, едва цыгане покинули усадьбу барона. Утром Михаил порывался съездить в расположившийся неподалеку табор, но остановил себя, рассудив, что предлагать подобное должен тот, кто сразу приведет обещание к исполнению. Оболенский с сомнением качал головой, слушая племянника, приводил аргументы за и против, пророча на освободившееся место воспитанницу старинного друга. Анна, разумеется, обладала восхитительным голосом и утонченными манерами, но Михаил был уверен, что никакой грани ее таланта не дано разжечь в сердцах зрителей тот огонь, который способна зажечь приглянувшаяся ему цыганка. Уговорить дядю все же удалось. Собираясь еще раз прослушать любимицу Ивана Ивановича, Оболенский согласился заехать в табор и удовлетворить просьбу племянника…
          В сером тумане осенней ночи молодая цыганка была еще более хороша. Теплая улыбка, совсем другой взгляд. Кажется, она была рада встрече. Или ему показалось, что ее голос чуть дрогнул, когда он вновь попросил спеть? Что ее щеки покрылись едва заметным румянцем, когда он щедро, от души восхищался услышанным, и твердо уверял спутника, что настоящее вот оно, здесь, среди вековых сосен, у жаркого цыганского костра. Михаил видел, что его убеждения возымели успех. Князь не стал тянуть, предложив девушке место на сцене и удивленно поднял бровь, услышав ее резкий отказ. Теплый до недавнего взгляд вспыхнул огнем. Рада резко встала, обронив извинения, направилась в сторону цыганских шатров, и Михаил, спохватившись, бросился следом.
          Разговор был коротким, оставив князя остолбенело застыть посреди небольшой поляны, гадая, как вернуть то, что оказалось разрушенным всего лишь одним словом. Он ждал другого ответа, и только сейчас начал понимать, что происходящее стало реальным совсем по другим причинам. Господи, он ведь понятия не имел, что…
          Тусклый огонек в маленьком окошке кибитки погас, погружая пространство в темноту. Коснувшись рукой гладких досок повозки, он хотел было постучать, но остановил себя в последний момент, не зная, как будет объяснять девушке то, что объяснить нельзя, не причинив боли. Встреча оказалась роковой, и князь корил себя за то, что неосторожно дал девушке надежду...

          Они вернулись в Петербург той же ночью, не желая останавливаться на ночлег в доме барона. Оболенский был впечатлен знакомством, однако отказ цыганки его скорей обрадовал. Предложив племяннику чай, князь откинулся на спинку дивана, подбирая слова, но Михаил потребовал оставить в стороне светские уловки.
          - Девушка, бесспорно, красива и талантлива. У нее редкий, прекрасный голос, необычная внешность и огненный темперамент. Но для света это чересчур экзотично, Миша. Он не любит резких перемен. Да, Император велел мне вдохнуть жизнь в театральное уныние, только едва ли он имел в виду нечто подобное.
          - Рада талантлива, дядя, и я уверен, ей не составит труда сыграть если не любую, то большинство предложенных тобою ролей.
          - Я не думаю, что она вообще захочет играть их. Императорский театр не вольница, и в нем даже великие классики порой трактуются так, как угодно государю. Твоя же знакомая, дитя вольной жизни, не станет прислушиваться к тому, что пойдет против ее убеждений. А еще я уверен, что не смогу заставить ее подчиняться.
          - Привыкшие к покорности куклы отныне вгоняют государя в уныние. И поверь мне, дядя, если ты побоишься рискнуть, то упустишь самый яркий шанс в твоей жизни!
          - Я слуга искусства, мой мальчик, во всех его проявлениях. Эта цыганка затронула твое сердце? Молчи, молчи, я понял это, как только увидел ее взгляд. Молодость, молодость, пора нехитрых и прекрасных желаний…
          - Сейчас речь не обо мне и моем отношении к Раде!
          - Я обещаю подумать, Мишель. Взвесить все и исключить возможность ошибки, которая может стоить нам всем головы. Пустить на сцену дикарку - слишком большой риск, и ты, как никто другой, должен меня понимать.
          - Это значит - нет?
          - Скорей всего, именно так.
          Закрыв глаза, Михаил шумно вдохнул, поднялся и, отвесив родственнику короткий поклон, стремительно покинул гостиную. День не задался, и в этот момент отказ Рады казался ему едва ли не знамением…

          Дни летели, как осенние листья с деревьев в старом императорском парке. Михаил успел побывать в Москве, сопроводить цесаревича на несколько официальных встреч, стать свидетелем пары его краткосрочных романов. Скучные светские вечера не выделялись в чреде летящих событий, и только унылое петербургское утро заставило его встряхнуться, почувствовав взявшееся непонятно откуда волнение. Натали за завтраком читала письмо, отпивая горячий кофе из изящной фарфоровой чашки.
          - О, Господи!
          Счастливую улыбку сестры сменил испуганный вскрик, и она продолжила чтение вслух.

          «В Двугорском уезде убит князь N...»

          – Он же был любимым партнером Государыни в вист! Ее Величество будет в расстроенных чувствах…

          «Убийство раскрыли, хоть и шуму оно наделало много…»

          - Власти так быстро нашли преступника?
          Сестра, покачала головой, вновь возвращаясь к строкам, написанным Андреем:

          «На балу у князя играли цыгане, те самые, что веселили нас у Корфов. Цыган, который подыгрывал звезде вечера, оказался ее братом. Ее самой, говорят, в имении не было, другая певунья слух услаждала. А утром князя нашли с ножом в сердце. Государь, прочитав доклад, в гневе приказал найти и покарать убийц, во что бы то ни стало…»


          - Неужели они вот так просто обвинили цыган?
          - Кого же еще? Андрей пишет, что на празднике были все свои – родня, близкие знакомые. Исправник доложил наверх, что по оплате не сговорились, вот цыган за нож и схватился.
          - А что с Радой?
          - Тут не написано… Но горюет, наверное. Надежды у нее нет никакой.
          - Поверить не могу, что ее брат – убийца!
          Михаил выхватил письмо из рук сестры и, еще раз пробежав его, бросил на стол. Княжна пару раз удивленно хлопнула ресницами, но ничего не сказала. Быстро допила свой кофе, поцеловала брата и заторопилась во дворец. Михаил отложил салфетку. Аппетит пропал, и хуже свалившихся на голову новостей было то, что он едва ли осмелится поехать в Двугорское, причинив девушке еще большую боль.

          Цыганка появилась в гостиной его дома сама. Тем же утром, заставив слуг опасливо подбирать слова для доклада. Распорядившись проводить девушку в гостиную, он спешно сбежал по лестнице, на ходу застегивая мундир. Рада обернулась на его приветствие, и князь едва успел подхватить ее, не позволив упасть на колени. Девушка осунулась, побледнела. Огонь в некогда сияющих глазах погас, сменившись слезами.
          - Умоляю тебя, князь…
          Голос терялся в какофонии звуков, звенящих в голове, словно весенний ливень. Она просила его о помощи, предлагая взамен все, что только сможет отдать. Ради брата и тех, кого грозили сгноить в тюрьме.
          - Если Седой и родные свободны будут, пойду я в твой театр, князь. Ради тебя петь и танцевать для господ буду. Покорю всех, как ты и хотел, и государю вашему удовольствие доставлю. Если сам приходить на спектакли станешь, душу мою исцелишь, ну а нет, считай это моей благодарностью…
          - Я же не ради этого тебе сцену предлагал, Рада. Ты достойна того…
          - А о чувствах моих ты подумал? О том, что никакой талант без души не поможет. Душа моя, она любви жаждет, да только сердце разуму противится. Роковой оказалась для меня наша встреча.
          - Право, я… Я сделаю все, что смогу, Рада. И если есть хоть какой-то шанс помочь Седому, он будет свободен. Расплаты никакой не надо, не затем я к тебе приезжал…
          - Сердце у тебя благородное, князь. Знала еще тогда, когда ты спеть меня попросил. Когда первый раз взгляды встретились, поняла, что пропала, оттого и отказать не смогла. Много любовь цыганская сердец крала, да только в этот раз сама его и лишилась. Знаю, что нет в тебе огня ответного, но мой огонь за двоих согреть сможет. Видишь, как все обернулось, ничего не таю от тебя. Бежать хотела, да судьба меня наказала, брата в темницу заперев. Мне ты один помочь сможешь, в слова других не поверю и от клятвы своей не отступлюсь. Как только брата и родных отпустят, тут же приду в твой дом. А там уж тебе решать, что с нами дальше будет. Только, прошу, не говори сейчас ничего. Судьба, она ведь у всех заранее написана, и жребий свой я издавна знала…
          Убрав пальцы от его губ, девушка еще на мгновение задержала взгляд, а после вышла, оставив его одного в звенящей тишине гостиной…

          Дело об убийстве князя N. по распоряжению губернских властей было отправлено на доследование, и поимка истинного виновника трагедии не заставила себя долго ждать. Лишенный чина и титула, племянник покойного был сослан в сибирский рудник, цыгане же отпущены на свободу.

          Осень сбрасывала на унылую землю последнюю листву, прикрывая нагие ветви деревьев первыми крупинками зимнего инея. Сегодня князь шел на спектакль с букетом алых роз, отказавшись сопровождать сестру и будущего зятя. Одно место в партере на всех спектаклях было оставлено для него. Несмотря на то, что часто оно оставалось пустым, в те редкие моменты, когда князь присутствовал на представлениях, зал сотрясал небывалый аншлаг. Оболенский все же решился на пробы, хоть и полностью сократил возможный риск. Цыганка дебютировала в маленькой роли, однако князь поставил сцену так, что Государь не мог не заметить новенькую и сам предложил Сергею Степановичу попробовать ее в чем-то более значимом. Так Рада получила свой единственный шанс и не упустила его.

          Натали щебетала за воскресным чаем, что его императорское величество отныне считает дни до очередной премьеры и весьма неохотно уступает настойчивым просьбам Оболенского устроить гастроли театра на парижской сцене. Однако гастроли все-таки состоялись. Когда освободившийся от холодов Петербург нежился в ласковых лучах весны, Михаил улыбнулся, просматривая газетный листок. Красавица, смотревшая на него с портрета, увенчанного восторженными надписями на французском языке, радостно улыбалась. Сегодня она покорила Париж, впереди ее ждали новые сцены, новые восторги, и только спустя полгода она вернется в Россию, дабы позволить высшему свету Петербурга вновь насладиться ее искрометным талантом. Опять к ее ногам будут лететь цветы, опять восторженные поклонники будут осаждать двери гримерки, и, возможно, хоть один раз она вновь посмотрит на него таким же взглядом, каким смотрела у их первого, памятного костра.
          Возможно?
          Князь улыбнулся, отложил газету, вдыхая аромат цветущего жасмина и прислушиваясь к заливистым трелям соловья. Именно в эти мгновения он отчетливо понял и осознал, что их с Радой история по-настоящему начинается только сейчас…

          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 19
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 30.10.13 20:53. Заголовок: Поздравляю щедрую бе..


          Поздравляю щедрую безвозмездную Музу и всех форумчан с юбилеем БН и желаю хорошего настроения!


          Ария обиженного гостя

          Автор: Gata

          Не позвали все-таки! Не позвали!..
          Успокоиться? Не знаю уж... едва ли...
          Приглашенья не послать мне - это надо же!
          Грех - на душу!
          Не сочли, пренебрегли, подковырнули,
          Киданули!
          Как не стыдно? Как не совестно-то вам?!
          Бедлам!!!
          Ладно, я молчу о неэтичности,
          (А ведь мните вы себя аристократами!)
          Но подумали о травме моей личности вы?
          Объясните, как мне быть с моими тратами?
          Я бюджет свой за полгода растранжирил,
          А вместо приглашенья мне – карман держите шире!
          Бутоньерку я купил и новые подтяжки,
          А со мною, как с каким-нибудь бродяжкой!
          Для кого прическу замудрил я с завитушками –
          Для Пушкина?
          И какого я рожна наглаживал свой фрак,
          Как дурак?!
          Хоть не первое лицо в столице я,
          Проглотить я не могу мои амбиции!
          Весь от праведного гнева трепещу,
          Не прощу!
          Коль кого-нибудь из вас на Невском повстречаю,
          Демонстративно и скандально не узнаю!
          Чихал с адмиралтейского шпиля́
          На ваши танцы я и трюфеля!
          Гордость – вам не фунт каких-нибудь орехов,
          На кривой козе ее не переехать!
          Но, с другого бока если посмотреть,
          Гордостью бюджет не подпереть,
          Гордость не накормит марципановым печеньем,
          Да и что за развлеченье -
          Без клико, без драки с Корфом, без аншлага?
          Без оттяга?
          Зря крахмалил, что ли я, манжеты и манишку?
          В общем, ждите! Еду! К.М. Шишкин.

          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 20
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 31.10.13 16:53. Заголовок: Муза пишет: А в отв..


          Муза пишет:

           цитата:
          А в ответ, попрошу госпожу Осень рассказать мне о судьбе Владимира Корфа. И пусть история отличается от сериальной. Жанр любой.



          "Сердца трех"

          Заказчик: Эйлис
          Автор: Olya


          Прошу прощения, если слишком вольно трактовала заказ и позволила себе рассказать не только о судьбе Владимира Корфа




          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 21
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 31.10.13 18:50. Заголовок: «Когда ты рядом» Д..


          Муза пишет:

           цитата:
          Желаю я историю об Анне с Владимиром. Осень, поведай мне то, что еще не рассказано об этой паре



          «Когда ты рядом»

          Заказчик: ksenchik
          Автор: Aspia


          Даже сейчас она хорошо помнила тот день, когда впервые увидела его…
          Была поздняя осень. Вечер. В спальне горели свечи. Портьеры были плотно закрыты, словно отгораживая от разыгравшейся за окном непогоды, а растущие рядом с домом кусты царапали стекла своими голыми ветками. Только этот скрежет и тихое прерывистое дыхание раздавались в комнате.
          Она стояла у кровати старого барона, готовая освободить того от мучений, но ворвавшийся в комнату молодой человек помешал ей. Порыв ветра, влетевший за ним, коснулся огоньков свечей, пустив их в пляс и заставив перенести на стены причудливые тени и блики. Человек напоминал собой загнанного зверя: весь взъерошенный, с мокрыми волосами и в заляпанной грязью одежде. Она испугалась и готова была отступить, когда он шагнул к постели старика и, пройдя сквозь нее, схватил того за руку. Барон Корф устало приоткрыл глаза и с его сухих губ сорвалось имя.
          -Владимир...
          -Отец! Я успел…
          Она решила дать им время. Не так много, но достаточно, чтобы сказать последнее прости. Продолжая стоять рядом, она с интересом рассматривала молодого человека. За темными волосами скрывалось красивое сильное лицо, и неожиданно яркий цвет глаз очаровал своей глубиной. Он был молод. Но на какое-то мгновение она усомнилась в этом. Его возраст скрывали залегшие под глазами тени и собравшиеся в уголках губ морщины.
          Поддавшись порыву, она опустилась рядом с ним и прикоснулась к его руке. И сразу же почувствовала это: обиду и злость сильно отравивших его сущность. В его сердце было столько боли, что она не сразу смогла рассмотреть зачаток нового светлого чувства. Ниточки от него обрывались, пока не привязав к себе воспоминаний. Она догадалась почти сразу. Это чувство, теплое и нежное, еще спит в нем, пока никем не потревоженное, но со временем готовое расцвести.
          Тихий вздох сорвался с ее губ.
          Тот, кого звали Владимиром, резко повернул голову и посмотрел прямо на нее. В испуге она отпрянула. Нет, он не может видеть ее! Но он словно смотрел прямо на нее. Чуть расширенные зрачки и немигающий взгляд. Неужели?
          - Сынок, мне пора, - раздался голос отца. – За мной уже пришли.
          - Кто?
          Старый барон чуть повернул голову на подушке и посмотрел на нее. В том, что отец юноши видит ее, она не сомневалась. В свой последний час смертным даруется право узнать истину и увидеть их. Она вновь присела рядом с кроватью, и мило улыбнулась.
          - Прелестный ангел.
          Продолжая дарить ему улыбку, она дотронулась до щеки старика, и его жизнь тут же прервалась. Рука, сжимаемая рукой сына, стала медленно опускаться на кровать.
          - Нет, отец!
          Сын бросился к нему, но все уже было кончено.
          Часы пробили полночь, пора было уходить.
          - Я оставляю его совсем одного, - печально протянул дух старика, находясь теперь рядом с ней.
          Расправляя крылья, она украдкой взглянула на Владимира. Все еще трепещущие огоньки свечей выхватили из полумрака комнаты очертание его лица, и в их неярком свете блеснула слеза. Мерцая и сверкая, она скатилась по его щеке и упала на белоснежные простыни.
          Она знала, что не имеет право давать обещания и принимать просьбы умерших, но что-то подтолкнуло ее тихо, словно опасаясь своих же слов, произнести:
          - Я присмотрю за ним.
          … С тех пор прошел год. За это время она часто украдкой сбегала на Землю к Владимиру. Была рядом, никем не замеченная, но оберегавшая и спасавшая его тело и душу. С каждым новым днем темная сторона все сильнее поглощала его разум, разрастаясь в его сердце и все ближе подбираясь к светлым чистым чувствам. Нелегко приходилось ей, ведь он сам словно искал смерти и со всем пылом стремился к ней. Первым рвался в бой, всегда был в гуще событий, опрометью бросался на врага и дрался из последних сил. Ограждать его от напастей становилось все сложнее, и тогда она решилась…
          При очередном сражении, она снова была рядом, но в этот раз, когда выпущенная врагом пуля уже неслась к нему, она не отвела ее в сторону, как поступала до этого, а лишь легким взмахом крыла немного изменила ее полет. И вместо того, чтобы пронзить его сердце, кусочек свинца врезался в его руку, чуть выше плеча. Рана заживала быстро, однако чувствительность к пальцам правой руки не возвращалась. Дальнейшая карьера военного была под большим вопросом. Решением командования он был отправлен домой, до полного выздоровления. На его беду и ее радость, вопрос о возвращении в полк после этого даже не поднимался.
          Постепенно, его жизнь вошла в спокойное и размеренное русло. Он занимался делами поместья, встречался с друзьями, посещал приемы. Все это радовало ее. Разве что теперь, ей не надо было так часто приходить к нему и это обстоятельство отражалось легкой грустью в ее глазах.

          ~
          Она сидела напротив и смотрела, как он читает книгу у камина этой холодной осенней ночью. Он изменился. Ей хватило одного взгляда на него, чтобы понять это. Ушли темные тени из-под глаз, и взгляд стал более спокойным. В губах больше не чувствовалось напряженности и пропали старившие его морщинки. Теплый плед укрывал его ноги, на столике рядом стоял наполовину пустой стакан с янтарной жидкостью. Она уже несколько месяцев не видела его. Не удержавшись, подошла ближе и, опустившись на колени, кончиками пальцев провела по его мягким волосам. Секундное неосязаемое прикосновение, но он дернулся и сразу же оторвался от чтения. Книга выпала из его руки и упала на ковер. И снова ей показалось, что он смотрит на нее, словно видит ее сидящей перед собой.
          Это походило на магию, иначе она не могла описать то, что почувствовала, встретившись с ним глазами. Ее тянуло к этому человеку какая-то неведомая сила, и она не могла противиться ей. Она протянула к нему руку и медленно провела кончиками пальцев по его щеке.
          Он на мгновение прикрыл глаза и чуть склонил голову в сторону ее руки, словно на самом деле ощутил ее ласковое прикосновение. Но уже в следующее мгновение резко поднялся и осмотрел комнату, будто бы ожидая увидеть в ней кого-то. Затем подошел к окну проверил ставни и провел рукой у стекла, убеждаясь, что сквозняка нет.
          Она грустно усмехнулась. Легкое дыхание сорвалось с ее губ.
          - Кто здесь? – обернувшись, спокойно спросил он.
          Она не могла поверить - неужели он почувствовал ее? Разве такое может быть?
          - Владимир… - с тайной надеждой в голосе произнесла она и даже неосознанно подалась чуть вперед.
          И ничего не услышала в ответ.
          Что-то изменилось, теперь он словно смотрел сквозь нее. Затем вернулся к креслу и взял стоящий рядом бокал. Немного покрутив в руке, одним глотком осушил его. Устало провел рукой по лицу и не спеша вышел из комнаты.
          Грусть – это ранее неведомое чувство наполнило ее.
          Часы пробили полночь. Ей пора было уходить.

          Продолжение под катом

          Скрытый текст



          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить



          Сообщение: 22
          Репутация: 0
          ссылка на сообщение  Отправлено: 31.10.13 20:38. Заголовок: - Итак, насколько я ..


          Муза пишет:

           цитата:
          Меня волнует судьба Натали Репниной. Осень, подари ей счастье. Только история должна меня поразить и удивить!



          Поцелуйте меня, Владимир!
          *

          Заказчик: Роза
          Автор: Мод


          - Итак, насколько я понял из твоего рассказа, дуэль? – стараясь казаться равнодушным, проговорил Владимир Корф.
          Тот к кому он обращался - личный адъютант наследника престола, молодой князь Михаил Репнин, стоял сейчас у стеллажа библиотеки и делал вид, что он нимало не волнуется предстоящим событием.
          - Миша, это наглость так молчать, я ведь к тебе обращаюсь, - наконец не выдержал Владимир Иванович.
          Репнин повернул к другу лицо, и барон увидел, как тот был бледен. «Волнуется, это хороший знак, - подумал Корф, - но это совсем невозможное решение. Просто из рук вон глупо. И ведь теперь не выпытать из-за чего. Или из-за кого?»
          - Видишь ли, Владимир, у меня к тебе просьба, - князь не успел договорить, как внизу раздался звонок, и вошёл слуга:
          - Поручик Писарев.
          Корф повеселел, надеясь, что появление общего друга разрядит обстановку, и вместе они скорее найдут решение проблемы. Но Репнин поспешно отошёл к окну и отвернулся, уставившись в непроглядную тьму.
          Вошедший, заметив Михаила Александровича, остановился у двери:
          - Вижу, князь опередил меня. Что же, мне придётся искать другого секунданта, Владимир.
          Репнин сумрачно смерил взглядом статную фигуру Писарева и вновь отвернулся.
          Соперники вздрогнули, когда Корф откупорил бутылку шампанского и разлил по бокалам.
          - Извольте господа, отметить начало столь славного предприятия. Правда, ещё полгода назад, когда сидели мы с вами в овраге под Машуком, не думал я, что лучшие друзья мои станут, как не нюхавшие пороха мальчишки, лезть в драку.
          Оба упорствовали. Барон продолжал:
          - Что же, отказать я не могу. Но вот два вопроса. Первый: кто станет вторым секундантом? Второй: причина?

          Барон не успел услышать ответа. Дверь распахнулась и появилась миловидная блондинка, но увидев молодых мужчин, встретивших её поклонами, слегка покраснела и присела в дежурном книксене. Корф поймал недобрые взгляды соперников, которыми они тотчас обменялись, смущённую и одновременно чуть лукавую улыбку Аннушки, и стал закипать. «Опять то же самое. Надо сказать отцу, чтобы отвёз малышку в деревню и отдал поскорее замуж! От всех этих новомодных французских пансионов толку никакого. Но до чего хороша, чертовка! И как ловко играет в кисейную барышню».
          Вторая барышня вошла словно английская королева, поджав губки, протянула руку для поцелуя брату, затем поручику Писареву. Наташа не подала вида, что заметила напряжённость, не свойственную прежде друзьям. Она знала, в чём дело: князь Репнин не мог простить Писареву то излишнее внимание, что дарил поручик сестре Владимира. Не убедили его весьма разумные доводы о том, что Серж просто страдает из-за разорванной помолвки с Кати Нарышкиной.
          - Владимир Иванович, Вам должно быть лестно: Анна имела большой успех на музыкальном вечере дядюшки. А ведь эту искушённую публику удивить трудно.
          Корф поймал насмешливый взгляд сестры друга:
          - Да что Вы, Наталья Александровна! Тоже самое мне твердил весь вечер помощник Вашего дядюшки господин э-э-э Мышкин…
          Анна робко попыталась поправить:
          - Шишкин, Володя…
          Корф бросил такой выразительный взгляд на сестру, что девушка смутилась. Анна только несколько месяцев назад была привезена Иваном Ивановичем из пансиона, где жила несколько лет под пристальным наблюдением заботливых мадемуазель. Уже в детстве у девочки обнаружились способности к музыке и декламации, а с возрастом стало понятно, что у девушки талант к артистическому искусству. В письмах к дядюшке она подробно отчитывалась о своих успехах, вдохновляемая восторженными планами старшего Корфа сделать из «милой Аннушки» звезду театральных подмостков.
          Названный брат, в отличие от отца, в одном из писем с Кавказа, где он проходил службу, прервал этот сладостный бред, и напомнил девушке, что её судьбу решит она сама, но предназначение женщины, даже самой талантливой, это – создание семьи и рождение детей.
          Прибыв в Россию, Анна всё чаще вспоминала это письмо Володи, особенно, когда словно невзначай встречалась взглядом с молодым князем Репниным. И ещё больше сомневалась она в своём блестящем предназначении, когда Михаил Александрович приезжал с визитом, и они говорили о всяких пустяках.
          «Жаль, что Владимир не ладит с Натальей Александровной», - так думала Анна, спускаясь в переднюю, чтобы принять из рук лакея шубку.
          Княжне Репниной было сейчас ни до каких маленьких глупостей: она слышала, как мужчины говорили о дуэли. Потому она резко остановилась перед бароном и тихо, но твёрдо потребовала:
          - Вы должны не допустить этого. Не отпирайтесь, я всё знаю.
          Корф восхищённо молчал, наблюдая, как краснеют скулы Натали и темнеют глаза:
          - Если Вы отведёте опасность от моего брата, я выполню любое Ваше желание.
          Владимир почтительно наклонился к изящной ручке, спрятанной в перчатке:
          - А если Сергей Степанович убедит моего отца, что Анне не место в театре – я Ваше.
          Натали, не размышляя, кивнула и побежала догонять Анну и старого Корфа.
          Владимир взмахнул рукой и крикнул вдогонку:
          - И всё-таки Вы разорите своего будущего мужа только на бальных туфельках.
          Княжна ничего не ответила, только рассмеялась, сверкая бриллиантами в причёске.
          «А впрочем, у меня не такое уж и маленькое состояние, чтобы не позволить такой очаровательной особе новую пару атласных туфелек», - эта мысль ему понравилась. Пообещав соперникам взять на себя хлопоты о втором секунданте, барон приказал закладывать карету, но не к графу Потоцкому, а совсем в другом направлении.

          -Итак, Александр Николаевич, Вы как-то сетовали, что Ваша жизнь скучна и откровенна пресна? А не желаете ли стать участником дуэли?
          Партия в шахматы принимала интересный оборот.Наследник едва опомнился от подобного предложения:
          - Барон, Вы не заболели? Кто же осмелится вызвать наследника? Кроме Вас, разумеется. Но с Вами нам делить нечего.
          Они разменяли по фигуре. Молодой Романов смешался: ему было интересно, куда клонит Корф. Прячущий свой истинный интерес Владимир Иванович, делал вид, что поглощён игрой:
          - Я предлагаю Вам роль секунданта, - почти прошептал Корф.
          Наследник оживился:
          - О, на это я согласен.
          Барон едва скрывал радость, но не отрывал глаз от партии:
          - Вы не спросите, кто стреляется?
          Александр Николаевич не стушевался:
          - Подозреваю, что весьма достойные люди. И близкие ко двору. И к нашей особе.
          Ответ его почти обескуражил:
          - Ваш адъютант князь Репнин и племянник графа Бенкендорфа поручик Писарев.
          Александр Николаевич глубокомысленно изрёк:
          - Перед судом чести все равны, - и раскланялся с Корфом, - извините, моя невеста ждёт меня. Эти маскарады у Потоцкого очень хороши. Итак, на рассвете.
          Приехав в особняк, Владимир Иванович заперся у себя в кабинете и занялся приготовлением пистолетов. Немного вздремнул, проснулся от громкого голоса Ивана Ивановича, распекавшего своего друга князя Оболенского:
          - Не расстраивайся, Аннушка! Он ещё пожалеет! Открою для тебя свой театр. Крепостной!!! А что? Чем я хуже Шереметьева?
          Дальнейшего Владимир Иванович не слышал, но удовлетворённо улыбнулся:
          - Ай да Наталья Александровна! Наташа…
          Потом взглянул на часы и крикнул лакея.

          Наталья Александровна вбежала в комнату, сопровождаемая плачущей Аннушкой. Владимир полулежал на диване, в лице не кровинки. Рядом переминался Репнин, боявшийся взглянуть на девушек.
          - Дамы, перестаньте лить слёзы. Сырости в Петербурге и без вас хватает, - хрипло произнёс барон.
          Он не сводил глаз с Натали. И едва заметно улыбался:
          - Рад видеть Вас, княжна. Михаил Александрович здоров. Правда, какие там сказки они будут сочинять с Наследником для сиятельного графа, если вскроется суть дела, я не знаю.
          Наташа оглянулась на скрипнувшую дверь. Они остались одни.
          - Что же, барон, я готова выполнить Ваше условие. Любое. И немедленно.
          Владимир Иванович неожиданно бодро встал из постели и приблизился к девушке:
          - Знаете, когда даже присутствие Александра Николаевича не заставило этих глупцов пожать друг другу руки, мне стало страшно.
          Он стоял так близко к Натали, что видел, как меняют цвет её необыкновенные глаза, и заторопился, боясь, что она прервёт его:
          - Я испугался, что у меня более не появится такой возможности: заставить Вас выполнить единственное моё желание. Но пистолеты, чёрт их возьми, оказались так ненадёжны.
          Наташа бесстрашно смотрела на него:
          - Просите, просите же, а то передумаю, барон.
          Владимир Иванович обнял княжну за талию здоровой рукой и тихо произнёс:
          - Выходите за меня замуж, Натали.
          Она стала очень серьёзной:
          - Я ведь тоже исполнила свою часть договора? И тоже могу просить?
          Княжна невесомо провела рукой по его лицу:
          - Поцелуйте меня, Владимир.

          ---------------------
          * Автор любезно предоставил рульщику право выбрать название для рассказа, а рульщику так понравилась последняя фраза, что он решил вынести ее в заглавие

          Спасибо: 0 
          ПрофильЦитата Ответить
          Ответов - 47 , стр: 1 2 3 All [только новые]
          Ответ:
          1 2 3 4 5 6 7 8 9
          видео с youtube.com картинка из интернета картинка с компьютера ссылка файл с компьютера русская клавиатура транслитератор  цитата  кавычки оффтопик свернутый текст

          показывать это сообщение только модераторам
          не делать ссылки активными
          Имя, пароль:      зарегистрироваться    
          Тему читают:
          - участник сейчас на форуме
          - участник вне форума
          Все даты в формате GMT  2 час. Хитов сегодня: 39
          Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
          аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет